Образы архитектуры и образы скульптуры

«МАРСЕЛЬЕЗА» РЮДА

373

головы и указывающая туда же, куда зовет крылатая женщина, куда на­ правлены все движения, все жесты, все помыслы. Благодаря указанным приемам группа, состоящая из шести волонте­ ров, воспринимается не как случайный отряд, выхваченный из многоты­ сячной армии, — отряд, который мог бы быть увеличен в своем составе в ту или другую сторону, — а как законченное, завершенное целое, скреп­ ленное какими-то очень прочными внутренними связями и не допуска­ ющее ни увеличения, ни уменьшения. Воины появляются «из стены» арки, они уходят «в стену», их отряд имеет свое четкое обрамление справа и слева, свое начало и свой конец —в плоскости стены. Во вну­ тренней цельности скульптурной группы, в строгой взаимообусловленно­ сти всех входящих в ее состав персонажей — одна из самых важных осо­ бенностей рюдовской композиции. Фоном для всех действующих лиц служит громадное полотнище зна­ мени, древко которого, несколько наклоненное в сторону общего дви­ жения, увенчано античным воинским знаком —орлом; из-за знамени виднеются острия копий и мечей, угрожающе ощетинившиеся против врага. Перед знаменем, рядом с правой, согнутой в колене ногой жен­ щины, видна вскинутая вверх конская голова. В этой, как и в других, де­ талях как бы предвосхищается картина предстоящего боя (выступившие добровольцы только готовятся к нему). Эти детали «звучат»: раздается призыв фанфары, в которую трубит воин левого края, зычный крик кры­ латой женщины, ржание коня, высоко вздернувшего голову, шелест раз­ вернутого знамени, стук сандалий о землю. Выбор действующих лиц, позволивший скульптору разрешить собст­ венно пластические задачи с такой лаконичностью и вместе с тем с та­ ким разнообразием и богатством формы, продиктован исходной идеей горельефа-монумента. Шестеро добровольцев, предводительствуемые са­ мой Свободой, знаменуют высшее единство народа перед лицом врага. Они не «представительствуют» какие-либо определенные сословия, со­ стояния, общественные слои. Речь идет, скорее, о единстве поколений; зрелость мужа и ранняя юность отрока — сегодняшний и завтрашний день страны: уходящая старость и полная сил молодость сопоставлены рядом в едином мужественном порыве. В этом сопоставлении легко уга­ дывается единственный подлинный герой всей многофигурной компози­ ции — народ, бесстрашный защитник своей страны от ее врагов, народ, ведомый Свободой и вдохновленный великой любовью к ней.

Франсуа Рюд принадлежал к поколению «молодых людей XIX ве­ ка» — тех, чье детство пришлось на огненные годы Великой революции, а юность совпала со временем наполеоновской эпопеи — временем без­ граничных надежд и горестных разочарований.