Образы архитектуры и образы скульптуры

ОБРАЗЫ СКУЛЬПТУРЫ

324

он выделялся среди художников-современников широтой познаний и размышлений, близостью к идеям просветительской философии и эсте­ тики, к передовым идеям своего века. Эти черты художественной инди­ видуальности Фальконе неотделимы ох духа новаторства, который был органически присущ его мышлению и творческому темпераменту. Живое восприятие нового, враждебность догматизму позволили Фальконе чувствовать себя свободным и от условностей аристократиче­ ского искусства, и от канонов классицизма. Именно эти черты дали пя­ тидесятилетнему художнику возможность с такой свежестью и с таким неподдельным интересом воспринять задание, исходившее из далекой и чужой ему России, войти в русскую жизнь и сделать образы русского прошлого живыми образами своего собственного искусства. В этом удивительном творческом превращении, пережитом фран­ цузским мастером, с громадной внутренней силой сказалось влияние той страны, куда он был призван для осуществления самого большого дела своей жизни. Россия, ее молодая столица были для Фальконе не только источником нового вдохновения: здесь, на берегах далекой Невы, он впервые получил почву и основу для создания монументального произ­ ведения такой значительности и силы, о которых ни он, ни кто-либо из его современников и соотечественников не могли и мечтать. В творче­ ской биографии Фальконе мы сталкиваемся с явлением, какое повторя­ лось в биографиях многих иноземных художников, работавших в Рос­ сии, — таких, как Джакомо Кваренги или Чарлз Камерон. Одаренней­ шие люди, они попали в Россию уже зрелыми, опытными мастерами, но только здесь впервые полностью обрели себя, только здесь создали про­ изведения, прославившие их имена. Фальконе прожил в Петербурге двенадцать лет, наполненных напря­ женным трудом над памятником Петру. Эта работа осложнялась мно­ гими трудностями, среди которых особенно тяготили художника посто­ янные разногласия с И.И.Бецким, которому поручено было руководство всем делом «вылития монумента государя-императора Петра Великого». Фальконе иногда спокойно, иногда раздраженно и гневно спорил с Бец­ ким, коль скоро указания и распоряжения последнего затрагивали суще­ ство или детали художественного замысла. Так, он решительно откло­ нил совет следовать в композиции конной статуи тому типу коня, который представлен в римском монументе Марка Аврелия. Столь же категорично 'и обоснованно возражал он и против другого совета Бец­ кого—использовать в качестве образца конную статую испанского ко­ роля Филиппа IV в Буэн-Ретиро, близ Мадрида. Из переписки Фальконе с Екатериной II и других документов, опубликованных еще в прошлом веке, известно, какие долгие и изнурительные споры приходилось вести Фальконе по вопросам, связанным с производством отливки статуи, приглашением мастеров-литейщиков и т. п.