Образы архитектуры и образы скульптуры

ОБРАЗЫ СКУЛЬПТУРЫ

292

создано Берниии-скульптором, как сам Бернини — автор виртуозных по выполнению, но риторичных и холодных монументальных надгробий и фигур в соборе св. Петра и в других римских храмах. Достаточно отойти от ниши, где позирует воздевший руки к небу Лонгин, или от подавля­ ющего своим патетическим великолепием надгробия папе Урбану VIII и вернуться к скромной нише того же собора, в которой находится неболь­ шая мраморная «Пьета» Микеланджело, чтобы различие между вну­ тренней правдой и внешним эффектом выступило с неопровержимой убедительностью. Но есть среди церковных композиций Бернини одна, в которой ма­ стерство скульптора оказалось выше всего того, что предписывалось ему папским Римом, выше всего, что он сам изобретал и строил в соборе св. Петра. Небольшая римская церковь Санта Мария делла Виттория. Можно выбрать дневной час, когда здесь нет службы, постучать в выходящую на шумную улицу дверь, подождать, услышать из-за двери привычное «кыозо» (заперто), постучать снова —и вот уже церковный служка отпи­ рает вход и сразу ведет к северной стене, проходит мимо берниниевского панорамного горельефа «Семейство Корнаро» и подводит к «Алтарю Те­ резы». Он останавливается и наблюдает за тем впечатлением, которое производит на впервые попавшего сюда путника это единственное в своем роде произведение. Две пары колонн цветного мрамора несут раскрепованный фронтон; колонны обращены к зрителю не фронтально, а по диагоналям — они как бы расступаются в разные стороны, с тем чтобы, подобно раздвину­ тому занавесу, показать скрытую в глубине сцену. Кривизна карниза об­ разует выпуклую поверхность, увеличивая глубину ниши, в которой по­ мещена скульптурная группа. Тяжелое массивное обрамление из темного цветного мрамора — колонны, цоколь, карниз с фронтоном — как будто движется, и эта тяжелая раздвигающаяся рама в высокой мере усиливает впечатление почти невесомой легкости, производимое беле­ ющими в глубине двумя мраморными фигурами. Как будто эти раздви­ нувшиеся парные колонны позволили зрителю заглянуть куда-то далеко внутрь, за пределы самой стены. Этот эффект продуман, подготовлен и осуществлен с неподража­ емым мастерством. Ведь сама скульптурная группа изображает сон, ви­ дение во сне -*- и все сделано для того, чтобы заставить зрителя именно так воспринимать эту сцену. Этой цели служат и густые пучки золотых лучей, озаряющих задний план, и клубящиеся облака, на которых полу­ лежит спящая Тереза. Но удивительная вещь —чем больше всматрива­ ешься в нишу «Алтаря Терезы», в лица и фигуры спящей женщины и привидевшегося ей крылатого юноши с золотой стрелой, тем все более отчетливой становится в высшей степени «земная», лишенная и тени