Образы архитектуры и образы скульптуры

ОБРАЗЫ СКУЛЬПТУРЫ

288

настиг Дафну, уже его рука касается стана девушки, но именно в это мгновение обнаруживается тщетность его усилий, тщетность всей стре­ мительной погони. Хотя нимфа продолжает свой безнадежный бег, она уже недосягаема, уже началось ее превращение в лавровое дерево — чу­ десная «метаморфоза», кладущая конец всей борьбе, всему движению. В очень компактном и лаконичном по композиции, немногословном по деталям двухфигурном изваянии, в сущности, «рассказан» весь миф об Аполлоне и Дафне — от преследования нимфы влюбленным богом до ее финального превращения в дерево. Зритель как бы присутствует при самом процессе волшебного перехода живого тела в неподвижное расте­ ние. Движение двух фигур в стремительном беге осложнено другим дви­ жением: если первоначально внимание зрителя привлечено погоней ге­ роя за героиней, то непосредственно вслед за этим основным впе­ чатлением начинает действовать другое поразительное зрелище —пе­ реход рук и ног девушки в покрытые листьями ветви, в ствол и корни. Еще нимфа прекрасна, еще полон страсти к ней юный бог, а из концов ее пальцев уже вырастает побег лавра; ноги, только что двигавшиеся в отчаянном беге, врастают в землю. И вместе с тем девушка, становяща­ яся неподвижным деревом, еще полна жизни, все ее существо еще про­ никнуто страхом перед преследователем — повернув голову, она видит его совсем близко за собой, и как самый резкий контраст картине «оде­ ревенения» зритель видит открытый рот нимфы, испускающий крик мольбы и отчаяния. Совмещение этих противоречивых начал в скульптурном образе — су­ щественная особенность художественного мышления Бернини. Как и в «Давиде», темой является здесь не столько исход борьбы, сколько самая борьба, не столько разрешение страсти, сколько самая страсть в ее дви­ жении и в ее внутренних противопоставлениях; не синтез противоречи­ вых сил, а самое зрелище контрастного сочетания. Именно на этом основана трактовка мифа об Аполлоне и Дафне, трактовка, обнаруживающая и другую черту художественного метода скульптора. Можно говорить не только о подчеркнутой сюжетности его групп, но и о «программности» их построения. Сюжетом «Аполлона и Дафны» является не просто широко известный мифологический эпизод, а совершенно определенная литературная обработка этого эпизода — рассказ о бегстве и превращении Дафны в «Метаморфозах» Овидия. Стихотворение римского поэта дало скульптору подробную тематиче­ скую «программу», и ближайшее рассмотрение показывает, что Бернини следовал этой программе весьма точно. «Похищение Прозерпины» представляет собой не менее замечатель­ ное изображение борьбы двух существ, в котором со всей остротой ис­ пользована пластическая сила контраста и движения. Громадная чудо­ вищная фигура бородатого Плутона, повелителя темного подземного