Образы архитектуры и образы скульптуры

281

ПЕРГАМСКИЙ АЛТАРЬ

выражено в высшей степени привлекательных, исполненных мужествен­ ной красоты формах, вызывающих тем большее сочувствие зрителя, что «божественным» противником прекрасного юноши является безобраз­ ное чудовище — Тритон. Иной оттенок страдания запечатлен в лице и фигуре бородатого Кли- тия — не юноши, а зрелого мужа, оказывающего отчаянное сопротивле­ ние Гекате. В гневном и скорбном лице Клития явственно читается вме­ сте с физической болью (его кусает в бедро дикий пес богини) и горьким сознанием поражения и близкой гибели выражение упорной воли и гор­ дости побеждаемого, но не прекращающего сопротивление бойца. Разнообразные проявления мужественного страдания запечатлены не только в лицах, но в позах и жестах. Молодой гигант, упавший на спину к ногам Афродиты; юноша, полулежащий в группе Мойр; другие повер­ женные воины, прощающиеся с жизнью или оказывающие последнее сопротивление сильнейшему врагу, — во всех этих фигурах нашли свое выражение то жгучая боль, то горечь поражения, то отчаяние и пред­ смертная тоска. Подлинным увенчанием этой эпопеи страдания является образ Геи, матери гибнущего племени гигантов. Она появляется из земных недр и тщетно взывает о милосердии к своим сыновьям. Ее большая голова с рассыпающимися по плечам длинными волосами умоляюще обращена кверху — к сражающимся богам; правая рука поднята в жесте заклина­ ния. «Какой величавой и бесконечной скорбью, — записал И.С.Турге­ нев,—веет от ее чела, глаз, бровей, ото всей ее колоссальной го­ ловы, — это надо видеть... на это даже намекнуть нельзя». Высший образ человеческого страдания — образ материнского отчаяния — завершает в Пергамском фризе обширную галерею страдающих героев. Вместе с новой концепцией борьбы, исключавшей простое противо­ поставление победителей побежденным, героев злодеям, «Гигантома- хия» Пергамского алтаря утверждала новую концепцию красоты, много­ сторонне раскрывая эстетическую значимость человеческого страдания в его разнообразных, чисто человеческих проявлениях. В ряду больших многофигурных рельефов, созданных древнегрече­ ской скульптурой в разные исторические периоды, Пергамский фриз вы­ деляется не только грандиозным масштабом и числом действующих лиц, но и новаторскими особенностями композиционных и пластиче­ ских приемов и средств. Первое впечатление зрителя — необычно плотное, «тесное» размеще­ ние рельефных фигур на плоскости фриза. Этой плоскости как таковой, в сущности, пластически не существует — настолько густо расположены рельефные изображения. Сражающиеся воины обеих сторон тесно при-