Образы архитектуры и образы скульптуры

ОБРАЗЫ АРХИТЕКТУРЫ

238

скина — Уильям Моррис открыл в Лондоне, на Ред-Лайон-сквер, знаме­ нитую мастерскую художественных изделий, призванную стать, по мысли этого страстного ненавистника «машинной культуры», очагом возрожденной культуры ремесла. Моррис стремился на деле показать превосходство ручной обработки материала над машинной. Эта безна­ дежная реставраторская попытка была лишь практическим выводом из всего учения Морриса — Рёскина. В социальной утопии Морриса «Вести ниоткуда», утопии, проникнутой подлинным ужасом перед капиталисти­ ческим производством, развернута картина жизни и культуры будущего общества, из экономики которого вовсе вычеркнута машина. Самые гневные страницы моррисовской книги посвящены обличению того гу­ бительного влияния, которое машина и фабрика оказали на культуру и искусство. Рёскин и Моррис говорили о низком художественном качестве ма­ шинных фабрикатов того времени. Моррис доказывал, что машина ли­ шила всякий труд тех начал художественного творчества, которые содер­ жались в работе ремесленника. В своей мастерской Моррис культиви­ ровал от начала до конца ручную обработку вещи, реставрировал готические мотивы в предметах обихода и подражал в самой организа­ ции труда строю средневековых ремесленных цехов. Движение, связан­ ное с именами Морриса и Рёскина, отражало социальный протест опре­ деленных слоев буржуазного общества против стремительного натиска фабричного капитала, но в этом протесте явственно звучала нота чисто эстетического сопротивления машине. Мы говорили, что изделия машинной выработки, показанные на Лондонской выставке, были отмечены печатью низкого художествен­ ного качества и отличались грубостью и лапидарностью своих форм. Ма­ шина не овладела еще тонкими и гибкими методами обработки металла. Она не выработала своих новых, ей присущих форм, профилей, стандар­ тов, типов. Машинная выделка предметов обихода еще беспомощно под­ ражала ручной работе. Эта фабричная имитация «под ручйую вещь» вы­ глядела в то время наивно, подчас грубо, при сопоставлении с подлинными ручными вещами. Но если фабричная индустрия еще не создала высокой культуры про­ изводимых ею вещей, то и сама машина еще не обрела своей собствен­ ной новой формы. На выставке можно было видеть вагоны паровых до­ рог, подражавшие своим обликом почтовым каретам и дилижансам, котлы локомобилей, отделанные в виде барочных куполов, паровозы и другие машины, наделенные готическими членениями и орнаменталь­ ными мотивами. Новая техника создавала все новые и новые конструк­ ции. Но она еще не достигла единства конструкции и формы, точнее го­ воря, эта проблема даже не была осознана и поставлена. Тем глубже и непримиримее казался разрыв, наметившийся между новой машинной