Образы архитектуры и образы скульптуры

АДМИРАЛТЕЙСТВО

223

емых ими делах и трудах. Именно в этой динамичности изображения — особенность теребеневской аллегории, воспринимаемой зрителем, несмо­ тря на всех ее Нептунов, Вулканов и Меркуриев, как живой рассказ о великой исторической эпохе создания русского флота и основания Пе­ тербурга. А для того, чтобы придать всей сцрне локальную и временную определенность, в композицию введены упомянутые архитектурные и ландшафтные детали, точно обозначающие место действия: здесь и очертания Петропавловской крепости и ее собора — первой крупной по­ стройки Петербурга, и верфи, и берега Невы с прибрежными сооруже­ ниями. Расположенные ниже барельефа «Заведение флота» летящие ре­ льефные «Славы» — также произведения Теребенева. Мотив этот —две летящие друг другу навстречу крылатые женщины со знаменами (в дру­ гих случаях с трубами или венками) — один из самых распространенных триумфальных сюжетов в скульптурном убранстве зданий, созданных архитекторами русского классицизма. Бесчисленные варианты этого мо­ тива мы встречаем и на триумфальных арках, и на фронтонах Алексан­ дрийского театра в Петербурге и Большого театра в Москве, и на самых различных общественных зданиях (Публичная библиотека), и даже на небольших особняках вроде построенного Бове гагаринского дома в Москве. «Славы», помещенные над въездной аркой адмиралтейской башни, и несколько видоизмененные аналогичные рельефные фигуры над арками обоих павильонов, пожалуй, самый ранний и наиболее клас­ сический образец трактовки этого мотива в русской архитектуре. И За­ харов, и Теребенев связали этот триумфальный барельеф с нижераспо­ ложенным арочным проемом: летящие «Славы» не только осеняют своими телами, крыльями, развевающимися одеждами и знаменами въездную арку —они сами как бы повторяют в скульптурном рельефе очертания арки, составляют ее увенчание и связывают ее с верхней ча­ стью башни. Летящие «Славы» не заключены ни в какое обрамление — они вырисовываются мягким, но четким рельефом непосредственно на плоскости стены, и это сочетание живой пластики парящих фигур с гла­ дью фасада приобретает здесь особую выразительность. Иной характер носят четыре больших треугольных барельефа во фронтонах портиков. Все они трактуют тему увенчания: науки, ремесла, художества, воинские и морские подвиги прославляются здесь в форме аллегорических апофеозов. В двух фронтонах изображена богиня право­ судия Фемида, венчающая крылатых гениев — олицетворения различ­ ных сторон человеческой деятельности, в двух других барельефах Фе­ мида заменена крылатыми «Славами», а одушевленные аллегории-пер­ сонажи—неодушевленными предметами и атрибутами. В барельефе «Фемида, награждающая за военные и морские подвиги» по обе стороны богини, восседающей перед ростральной колонной, сгруппированы кры-