Образы архитектуры и образы скульптуры

ОБРАЗЫ АРХИТЕКТУРЫ

224

латые фигуры гениев моря, предводительствуемых Нептуном, и гениев воинского дела во главе с Марсом. В барельефе «Фемида, венчающая зе­ мледелие и ремесла» представлены безымянные олицетворения различ­ ных видов труда: в разнообразных позах, связанных с той или иной рабо­ той, фигурируют здесь жница, винодел,, ткач, стеклодув — все за своим трудом, вооруженные его орудиями (серп, ткацкий станок, печь для об­ жига и др.). Заслуживает внимания ритмическая расстановка фигур, вписанных в треугольную раму тимпана. Все фигуры, быть может за исключением центральных персонажей, лишены каких-либо индивидуальных черт: выразительность многофигурной группы достигается другими средст­ вами, прежде всего разнообразием поз и движением. Столь же тща­ тельно разработана ритмическая сторона композиции в тех барельефах, которые состоят преимущественно из изображений неодушевленных предметов — атрибутов тех же видов и отраслей труда и творчества. Здесь центральное место занимает корпус судна, показанного со сто­ роны кормы, — атрибут мореходства. Лепные детали фасадов Адмиралтейства не менее примечательны, чем фигуры, скульптурные группы и крупные барельефы. Из этих дета­ лей особый интерес представляют замковые камни окон первого и вто­ рого этажей. Маски выполнены Щедриным, автором «нимф» и «воинов» адмиралтейской башни. Над окнами второго этажа помещены череду­ ющиеся маски Нептуна и Амфитриты, над окнами первого — также ще­ дринские — Тритон и Наяда. Обе пары масок резко отличаются одна от другой по манере выпол­ нения и пластической трактовке образа. Головы Нептуна и Амфи­ триты—главных божеств моря — изображены со строгими, торжест­ венно-застывшими чертами, это — изображения царственных лиц; увенчанная короной голова включена в монументальное обрамление — широкий наличник окна главного, второго этажа. Есть что-то общее в трактовке маски Амфитриты, супруги бога морей, и голов трех нимф пе­ ред въездной аркой башни: та же строгость и невозмутимая ясность об­ лика. И разительный пластический контраст с этой парой царственных голов составляет нижняя пара масок — уже не царственные, а «простона­ родные» головы Тритона и Наяды —не божеств моря, а морских су­ ществ, аналогичных водяному и русалке русских сказок. Всклокоченная борода Тритона, спутанные волосы Наяды, как будто только что вышед­ ших из морской воды, кусок каната, повязанный вокруг шеи нимфы, — все это превратило лепную деталь фасада в яркий жизненный образ, а сопоставление масок обоих этажей (которое невольно делал зри­ тель) усилило его выразительность. Все в скульптуре Адмиралтейства аллегорично. Но хотя языком алле­ гории является «мертвый язык классической древности», все эти Не-