Мир искусства. Том второй. №№ 13–24. – 1899

смотрим ъ вѣтао наружу : къ этому влечст ъ нас ъ журналъ , школа , форумъ ; они съ такою же необхо - димостью смотрѣл и вѣчно въ себ я и около себя . «Себя» они лучш е знали , чѣмъ мы. Что же въ «себѣ» есть особенн о удивительиаго ? Дѣла наши?. . Это—так ъ понятно , ибо мы ихъ творим ъ и на- прав.ііяемъ . Но мы тво^шмся самп : и вотъ это — не такъ понятно ; иде я «творц а меня»—вот ъ иде я этихъ народовъ ; иде я «творені я моего»—вот ъ тема ихъ вѣчнаго размышленія , ихъ тысячелѣтняг о раз - мыш.іенія . Здѣсь — раздѣлені е грѣшнаг о и СЕЯТОГО, совмѣщені е грѣшнаг о и святого ; «грѣшное » и «свя- тое» какъ чередованіе , какъ путаниц а —то въ один ъ образъ , то — въ два . «Діана » и «Афродита».. . Такъ просто стат ь кастратомъ , но это не то.. . Так ъ гіро- сто и «послужит ь гЬлу» .. Опят ь не то. Что же есть искомо е «то» и «истина» ? Жить и не умереть . Жить вѣчно. Какъ-т о «грѣшить» и въ грѣхѣ «свя- титься».. . Діана и Афродит а — какъ формулировал и греки, и. конечно , ошиблись , ибо, очевидно , — одна жизнь есть и одна святость . Гдѣ-же узелъ , связу - ющій грѣхъ и святость ? Вѣчная проблема , пожа - луй, всѣхъ религій . Узелъ, гдѣ грѣхъ растворялся - бы въ святость , и гдѣ святост ь вбирала-б ы въ се- бя грѣхъ, ничег о въ себѣ не теряя . Молшо-л и про- лить въ «грѣхъ» -— «благочестіе? » Что тогда вый - детъ? «Благочестивы й грѣхъ?» Что за странно е по- нятіе? ! Но вѣдь есть смиреніе . И вотъ , въ чертах ъ глубокаг о смирені я грѣхъ—уж е иемножечк о не есть грѣ.чъ, уже края грѣха здѣсь не остры , не рѣжутъ . Даже трудн о понять , грѣхъ-л и это течетъ , святость - ли. Мы говорим ъ вообще ; но это такъ понятн о въ кругѣ нашей особенно й темы . Корреджі о досказал ъ всемірну ю ыысль, дав ъ въ руки младенца . Воі ъ до- гадка! Вѣчныя и вѣчно недостаточны я греческі я удвоені я (Гера , раздвояюгцаяся на Афродит у и Діану ) нашл и въ третьемъ (рожденное ) — синтез'ь . Тутъ есть забота ; тутъ есть милосердіе . Тут ъ есть — будущность., какъ и воспоминані я прогилаго. «Про - шлое , настояще е и будущее» , — такъ и формулиро - вала Нейт ъ — «въ солнцѣ», которо е рожден о какъ-б ы «безъ подняті я покрывала» . Въ ынньятюр ѣ эту про- блему рѣшаем ъ мы, но но умѣсм ъ рѣшить.. . Востокъ , послѣ тысяч ъ лѣтъ напряженія , съумѣл ъ ее разрѣ- шить. Вотъ ужъ истинпы й «вѣчный разрыв ъ фаты» съ вѣчнымъ «сохраиеніем ъ ея цѣлости » — эта во - сточная семья , пеудерлсим о рождающа я и вѣчно со- храняющгі я иыенио умиленно-кроткі й тон ъ въ рож- деніяхъ . Какія-т о чудны я тонкі я льдинки , которы я берет ъ въ роть больной , онѣ оттаивают ъ съ краеш - ковъ— и онъ глотает ъ въ нихъ освѣніені е и исцѣ-

леніе , когд а вообще природ а льда--простужат ь и рѣзать. Грѣхъ преобразованъ . Нѣтъ грѣха. Бо.ііѣе : грѣхъ течет ъ уже какъ святость , «въ жизнь вѣч - ную» . Въ «Книгѣ Руѳъ», когда эта моавитянка , по совѣту свекрови , приходпт ъ къ Вооз у и говорит ъ еыу въ нощи слова , которыя мы не рѣшаемс я здѣсь повторит ь — Афродит а и Діана чудн о слились . Нѣтъ, болѣе; грекъ никогд а этого не умѣлъ, онъ только мѳчталъ объ этомъ . Афродит а уыерла , Діан а — умерла.. . Появшюс ь нѣчто чудно-семитическое , и чему, быть можетъ , никогда , никогд а не научитс я аріецъ ! Но это наученіе , какъ проблема — есть и будет ъ вѣчно алкаться ! Ибо эта проблема , повто - ряемъ — грѣшит ь и въ грѣхѣ не знать грѣха. Мы все сбиваемс я въ словахъ ; да вѣдь и народы , въ тысяче.дѣтіяхъ , въ цѣлыхъ цивилизаціяхъ , сбиваясь , тысячи лѣтъ сбиваяс ь — нашли такъ иоздн о гпонъ «грѣха безгрѣшнаг о ». Вернеыс я къ нашим ъ мииьятюрамъ , и неуда - чаыъ, и попыткамъ . Семья , въ необозримо й гаммѣ ея выраженій , ея колорита , семь я Ш-го , ІХ-го, ХІѴ-го, ХѴІ І Іго вѣка; семья германская , семья французска я — все это вѣчная проблем а и вѣчный- же феномен ъ сочетанія , удачнаго-неудачиаго , «Аф - родиты-Діаны» . Чуть-чут ь бо^Цзше Афродит ы — и являетс я колорит ъ «оголенности» , которы й тат . рѣзанулъ мой вкус ъ на французско й выставкѣ. «Боже , моя жена — кухарка» , вотъ родник ъ распад а тысячи семей . Повторяю , умѣнь е сочетат ь Діану и Афродит у — есть проблем а каждо й семьи , есть фе- номен ъ каждой семьи , и греки не фантазировали , а рѣшал и реальнѣйшуі о изъ проблемъ , и, вмѣстѣ, проблему вѣчнуіо . Кажда я женщин а есть Афро - дита , — въ этоыъ ея суть ; но еще болѣе ея суть и геній заключаетс я въ тозгь , чтобы остатьс я до конца , до дряхлост и — глубочайшеі о Діаноіо . И это возыожно . Развѣ не. «Діану » любилъ , и влюбленъ былъ въ нее , знамениты й Афанасі й Иваныч ъ въ геніальном ъ эскиз ѣ Гоголя ? Вотъ примѣр ъ совер - шеннаг о разрѣшені я на украинско й ночвѣ грече - ской темы. И, между гЬмъ, Пульхері я Иваиовна , конечно , грѣшила столько-же , какъ Гера . Грѣшила... «и не была грѣшна». Въ этомъ — проблема . Въ этомъ—еврейска я Руѳь. Повторяемъ , суть семьи іі ея «столпо-охранительньг а характеръ» , надъ кото - рымъ стольк о трудятс я (не пони&іа я дѣла) копсор - ваторы цѣлой Европ ы (въ сущност и — разруша я семью , ибо они только понимают ъ въ ней «соціаль - иут скрѣпу»), лежит ъ въ том'ь, что она въ точност и есть, какъ выразилс я Лермонтов ъ о памятниках ъ старой Грузі и —

89 1