Лекции по эстетике. Книга первая

326 РАЗВИТИЕ идеала в особенные формы прекрасного в искусстве водчиком религиозных представлений, строже оформляющим их, является единственно только искусство, ибо прозаическое рассмотрение предметного мира проявляется впервые лишь тогда, когда человек как духовное самосознание освободил се бя внутри себя путем борьбы от власти непосредственности и противостоит последней в этой свободе, в которую он разум но принихмает объективность как нечто такое, что представ ляет собою лишь голую внешность. Это разлучение всегда представляет собою только позднейшую ступень. Первое же знание об истинном является, напротив, некиим средним со стоянием между чисто бездуховным погружением в природу и всецело освобожденной от нее духовностью. Это среднее состоя ние, в котором дух ставит перед своим взором свои предста вления в виде предметов природы лишь потому, что он еще не пробился к высшей форме, причем он, однако, стремится сделать в этом соединении соответственными друг другу обе стороны, — это среднее состояние представляет собою в общем по сравнению с прозаическим рассудком точку зрения поэзии и искусства. Поэтому вполне прозаическое сознание появля ется впервые только там, где получает осуществление прин цип субъективной духовной свободы в его абстрактной и по истине конкретной форме, — в римском, а позднее в новейшем христианском мире. Конечной целью, к которой стремится символическая форма ’ искусства и с достижением которой оно разлагается, перестает быть символическим искусством, является класси ческое искусство. Хотя последнее и достигает истинного явле ния искусства, оно не может, однако, быть первой по време ни формой искусства; оно получает как свою предпосылку многообразнейшие, опосредствующие и переходные ступени символического искусства. Ибо его адэкватным содержанием является духовная индивидуальность, которая в качестве со держания и формы абсолютного и истинного может вступить в сознание только после многообразных опосредствовании и переходов. Сначала всегда выступает абстрактное и неопреде ленное по своему значению; духовная же индивидуальность должна быть существенно конкретной в себе и для самой себя. Опа есть определяющее себя из самого себя понятие в его адэкватной действительности, могущее быть схвачено только после того, как оно предпослало в себе в их односторонней разработке те абстрактные стороны, опосредствование кото рых оно представляет собою. Раз это произошло, то понятие, вместе с тем, своим собственным выступлением как цело стность кладет конец прежним абстракциям. Это имеет место в классическом искусстве. Оно кладет конец голо символи- зирующИхѴ и возвышенным предварительным попыткам искус ства, потому что духовная субъективность в самой себе имеет