Лекции по эстетике. Книга первая

.Ш РАЗВИТИЕ ИДЕАЛА В ОСОБЕННЫЕ ФОРМЫ ПРЕКРАСНОГО В ИСКУССТВЕ

Деление Для более точного деления символической' формы искус ства нужно прежде всего установить те пограничные пункты, в пределах которых эволюция совершает свое дальнейшее движение. В общем, как мы уже говорили, вся эта область обра зует вообще только предискусство, так как в ней мы имеем перед собою ближайшим образом лишь абстрактные, сущест венно не индивидуализированные внутри самих себя значе ния, так что непосредственно связанное с ними оформление (Gestaltung), стало быть, столь же адэкватно, сколь и неаде кватно. Первой пограничной областью является поэтому во обще высвобождение художественного созерцания и изображе ния; противоположную же границу доставляет нам искусство в собственном смысле, к которому символическое искусство поднимается как к своей истине. Если же мы желаем говорить субъективным способом о первом выступлении символического искусства, то мы мо жем вспомнить высказанную мысль, что художественное со зерцание вообще подобно религиозному созерцанию, или, вер нее, одновременно и то, и другое, и даже научное исследова ние началось с удивления. Человек, которого еще ничего не удивляет, живет еще в состоянии тупости. Его ничто не инте ресует,'для него ничего не существует, потому что он еще не отличил себя и не отделился от предметов и их непосред ственного единичного существования. Тот же, кого, с другой стороны, больше уже ничто не удивляет, рассматривает всю совокупность внешних фактов как нечто такое, что он вполне уяснил самому себе, уяснил либо абстрактно рассудочным образом, так, как это делает всеобщее человеческое просвеще ние, либо в благородном и более глубоком сознании абсолют ной духовной свободы и всеобщности, причем, стало быть, пре, вратил предметы и их существование в духовное самосозна тельное уразумение. Удивление появляется лишь там, где человек, оторвавшись от непосредственнейшей, первой связи с природой и от ближайшего голо практического отношения к вещам вожделения, духовно выходит из пределов природы и своего собственного единичного существования и теперь ищет и видит в вещах некое всеобщее, в себе сущее и пре бывающее. Лишь тогда его начинают поражать предметы при роды; они представляют собою некое иное, которое, однако, должно существовать для него я в котором он стремится сно ва находить самого себя, всеобщее, мысли, разум. Ибо пред чувствие некоего высшего и сознание внешнего тогда еще остаются нераздельными, и, однако, между природными ве щами и духом существует, вместе с тем, некое, противоречие,