Лекции по эстетике. Книга первая

266 ИДЕЯ ПРЕКРАСНОГО В ИСКУССТВЕ, ИЛИ ИДЕАЛ изведении дошедших до крайней степени физических бед ствий. Данте, например, показывает- нам голодную смерть Уголино только в нескольких волнующих чертах. Если, на против, Герстенберг в своей трагедии, носящей название ’ «Уголино», изображает пространно все стадии этого ужаса, изображает подробно, как сначала умерли с голоду» его -Іри сына, а затем сам Уголино, то мы должны сказать, что в та- ■ кой обработке это — сюжет, который совершенно не подходит для художественного изображения. (р₽) Однако и противоположное идиллическому состоя- „нию состояние всеобщей культуры имеет многое в себе, что точно так же мешает ему сделаться предметом художествен ного изображения. В таком состоянии давняя, далеко иду щая связь между потребностями и трудом, интересами й их удовлетворением развита во всей полноте. Здесь нет чело века, который сохранил бы свою самостоятельность и не был бы опутан сетью зависимостей от других людей. То, в чем •он нуждается для самого себя, либо вовсе не является про дуктом его собственной работы, либо является таковым лишь ■в очень незначительной своей части, и, помимо этого, каж дая из деятельностей, доставляющих ему все необходимое, вместо того чтобы носить индивидуальный, живой характер, все в большей и большей мере совершается лишь машинооб разно, согласно всеобщим нормам. В этом промышленном об ществе, в котором каждый использует всех других, конку рирует со всеми другими, воцаряется ужасающая нищета, и искусству приходится или . изображать людей, живущих • в этих невозможных условиях, или, если оно хочет избег нуть изображения нужды, оно должно представлять изобра жаемых им людей богатыми, так что они свободны от не обходимости работать для удовлетворения своих собственных потребностей и могут отдаваться высшим интересам. Облада ние таким богатством несомненно устраняет постоянное от ражение бесконечной зависимости, и человек, обладающий им, тем более свободен от всех случайностей, связанных с не обходимостью зарабатывать, что он уже не занят грязной наживой. Но зато он не чувствует себя свободно в своей бли жайшей среде, как чувствует себя в ней свободным человек, знающий, что она является делом его собственных рук. То, чем он себя обставляет, не создано им самим, а взято из уже наличного запаса, оно произведено другими, произведено •притом чрезвычайно механическим, и вследствие этого фор- •мальным образом и доходит до него лишь благодаря длин ной цепи чужих усилий и нужд. (п) Наиболее подходящим для идеального искусства окажется поэтому третье состояние, находящееся посередине между золотым, идиллическим, веком и совершенно разви- •