Лекции по эстетике. Книга первая

ПРЕКРАСНОЕ В • ИСКУССТВЕ, ИЛИ ИДЕАЛ 241 Мы должны в этом- отношении рассмотреть характер с трех сторон: мы должны его рассмотреть, во-первых как целостную индивидуальность, как богатство характера в себе; во-вторых, эта целостность должна вместе с тем выступать как особенность, и характер должен поэтому выступать как определенный характер; в-третъих, характер как единый в себе смыкается с этой определенностью как с самим собою в своем субъективном для-себя-бытии и должен посредством этого осуществить себя как прочный в себе характер. Мы теперь разъясним и сделаем доступнее представле нию эти абстрактные определения мысли. (а) Раскрываясь в пределах полной индивидуальности, пафос вследствие этого перестает бытъ в своей определенности тем, что единственно лишь интересует в художественном изо бражении, а сам становится лишь одной стороной, правда, одной из главных — действующего характера. Ибо человек но сит в себе как свой пафос не только 1 одного бога, а душа человека велика и обширна. Истинный человек носит в себе много богов, и он замыкает в своем сердце все те силы, кото рые существуют разбросанными в круге богов; весь Олимп собран в его груди. В этом смысле сказал один древний фіы лоооф: .«о, человек, из своих страстей ты сотворил себе богов». И в само?д деле, чем культурнее становились греки, тем боль ше увеличивалось число их богов, и их более ранние боги были более тупые, не выкристаллизовавшиеся в воображении греков в форму индивидуального и определенного образа. Поэтому характер должен обнаруживаться также и в та ком богатстве. Это-то именно и интересно в характере, что в нем выступает наружу такая целокупность, и си все же остается в этой полноте самим собою, завершенным в себе субъектом. Если характер изображается не в этой закруг ленности и субъективности, а является игралищем лишь од ной страсти, то он кажется существующим вне себя или безрассудным, слабым и бессильным. Ибо слабость и бесси лие индивидуумов состоят именно в том, что содержание этих, вечных сил проявляется в них не как их собственней шая самость, не как предикаты, присущие им как субъектам ’ этих предикатов. У Гомера, например, каждый герой представляет собою совершенно живой охват свойств и черт характера. Ахилл является самым юным героем, но его юношеской силе не недостает остальных подлинно человеческих качеств, и Го мер раскрывает перед нами это многообразие черт его ха рактера, ставя его в самые различные положения. Ахилл лю бит свою мать Фетиду, он плачет о Бризеиде, когда ее огни- 16 Гегезіь, т. ХИ, Эстетика.