Лекции по эстетике. Книга первая

«240 ИДЕЯ ПРЕКРАСНОГО В ИСКУССТВЕ, ИЛИ ИДЕАЛ .лер, и у него более интенсивный способ изображения. В осо бенности в своей лирике он остается более сдержанным; его песни, как это подобает песням, дают нам заметить, чего они -хотят, не вполне раскрывая своего содержания. Шиллер, на против, любит развернуть свой пафос пространно и с боль шой ясностью и силой выражения. Клавдий в «Wandsbecker Boten» (т. I, стр. 153) противопоставил сходным образом друг .другу Вольтера и Шекспира. По его мнению, один из них есть то, чем другой кажется. «Мэтр Аруэ говорит: я пла чу, а Шекспир плачет». Однако в искусстве дело именно идет о том, что говорят и чтб кажется, а не о естественном, . действительном бытии. Если бы Шекспир только плакал, а Вольтер казался бы плачущим, то Шекспир был бы плохим поэтом. Итак, чтобы быть в самом себе конкретным, как этого требует идеальное искусство, пафос должен быть изображен как пафос богатого и цельного духа. Это приводит нас к тре тьей стороне действия, к более подробному рассмотрению то го, цто мы разумеем под характером. с) Характер Мы исходили из всеобщих субстанциальных сил, слу жащих стимулом действия. Они нуждаются для.своего актив ного осуществления в человеческой индивидуальности, в ко торой они выступают как движущий пафос. Но всеобщее этих сил должно смыкаться в отдельных лицах в целостность и единичность. Этим целым является человек в своей конкрет ной духовности и субъективности, человеческая цельная в собе индивидуальность как характер. Боги переносятся в че ловеческий пафос, а паЛос конкретной деятельности предста вляет собою человеческий характер. Благодаря этому характер составляет подлинное средото чие идеального художественного изображения, поскольку он соединяет в себе выше рассмотренные стороны, как моменты своей собственной целостности. Ибо идея как идеал, т. е. как оформленная для чувственного представления и со зерцания и являющаяся действующей и свершающей себя в своей активности, представляет собою в своей определен ности свою соотносящуюся с собою субъективную единич ность. Но истинно свободная единичность, как ее требует идеал, должна показать себя не только, всеобщностью, но и конкретной особенностью и единым опосредствованием и про никанием этих сторон, которые существуют сами для себя, как единство. Это составляет целостность характера, идеал которого состоит в богатой силе, в объединяющей себя в себе ■ субъективности.