Эстетика. Том третий

предоставляет господствовать иной точке зрения, новому на строению — назидания, утешения, восхищения и т. д., и именно они, хотя они и являются исключительным достоянием худож ника как субъекта поэзии, определяют объем того, чего он дол жен коснуться из этих обстоятельств, что должен развить, а ми мо чего пройти, равно как внушают способ их освещения и со единения, необходимый для того лирического воздействия, к ко торому стремится поэт. у. В-третьих, однако, подлинно лирический поэт не обяза тельно должен исходить из внешних событий, о которых он по вествует с чувством, или из других реальных обстоятельств и поводов, которые служат толчком для лирического излияния. Поэт сам по себе образует субъективно завершенный мир, так что он может внутри себя самого искать побуждения к творче ству и содержания, останавливаясь на внутренних ситуациях, состояниях, переживаниях и страстях своего сердца и духа. Здесь сам человек в его субъективной внутренней жизни ста новится художественным произведением, тогда как эпическому поэту служат содержанием отличный от него самого герой, его подвиги и случающиеся с нпм происшествия. αα. Но и в этой области может появляться повествователь ный элемент,— например, во многих из так называемых ана креонтических стихотворений, которые с изящной закругленно стью рисуют забавные картинки с изображением приключений Эроса и т. д. Но в таком случае эти внешние происшествия должны быть как бы объяснением внутренней ситуации души. Так л Горации использует в «Integer vitae» свою встречу с волком совершенно иначе — не так, чтобы целое можно было назвать стихотворением на случай, но в качестве подтверждения того общего положения, с которого он начал, и той невозмути мости чувства любви, на чем он кончает. β β. Вообще говоря, ситуация, в которой изображает себя по эт, не обязательно должна ограничиваться только внутренним миром как таковым — она может явиться и как конкретная, а тем самым и внешняя целостность, когда поэт показывает себя как в субъективном, так и в реальном своем бытии. В только что упомянутых анакреонтических песнях поэт описывает себя, например, средп роз, прекрасных девушек и юношей, за вином и танцами, предающимся веселым удовольствиям, без всяких желаний и стремлений, без всяких обязанностей и высших це лей, которых здесь попросту нет и которыми поэтому никто не пренебрегает, — рисует себя как некого героя, который непри нужденно и свободно, без какой-либо ограниченности и пороков,

,501