Эстетика. Том третий

заговорили о своих подвигах, приключениях и судьбах. Однако, хотя сердце и душа и играют здесь более углубленную роль, ду ховное развитие чувства и всей национальной действительности не зашло еще так далеко, как у Гомера; особенно чувствуется недостаток устойчивой пластичности фигур и четкой ясности на глядных картин. Ибо с точки зрения места мы перенесены уже в ненастную северную страну туманов, где небо серо и низки тучи, на которых восседают духи или же, облекаясь в одеяния облаков, являются героям в безлюдной пустоши. Кроме того, лишь недавпо были найдены и другие древне гэльские песнопения бардов, которые ведут нас уже не в Шот ландию и Ирлапдию, а в Уэльс в Апглии, где пепие бардов раз вивалось непрерывно и уже издавна многое было записано. В этих поэмах между прочим говорится о путешествиях в Аме рику; упоминается и Цезарь, но только в основу его похода кла дется здесь любовь его к дочери короля, которая вернулась в Англию с тех пор, как он увидел ее в Галлии. Упомяну одну за мечательную форму, триаду, такую особую конструкцию, кото рая в трех своих членах ставит рядом три сходных события, хо тя бы и относящихся к разным временам. Более известны, наконец, чем эти поэмы, с одной стороны, героические песни Старшей Эдды, а с другой — мифы, в которых впервые в этом кругу мы встречаемся наряду с рассказом о судь бах людей также и с разнообразными историями о возникнове нии, деяниях и гибели богов. Но только я не мог найти ничего приятного в этих раздутых пустотах, в этой природной символи ке, изображаемой, однако, в конкретно человеческой форме и облике, в Торе с его молотом, в волке Фенрпсе, в чудовищном оиаиванни себя медом, вообще в дикости и непроглядной запу танности всей этой мифологии. Правда, весь этот северный наци ональный дух нам все я^е ближе, чем, например, поэзия персов и магометанская поэзия вообще, но пытаться навязать его нашей нынешней образованности в качестве чего-то такого, что и те перь еще может до глубины захватить наше родственное нацио нальное чувство, делать такие частые попытки значит не только преувеличивать значение этих отчасти совершенно безобразных и варварских представлений, но и совершенно не понимать смы сла и духа нашей современности. β. Во-вторых , если мы бросим теперь взгляд на эпическую поэзию христианского средневековья, то нам надлежит в первую очередь обратить внимание на те произведения, которые были порождены свежим духом средних веков и упрочившегося като лицизма, без более прямого и всепроникающего влияния древней

,483