Эстетика. Том третий

шее, а именно исполнение намеченной цели. Такая цель, опре деленная внутри самой себя, как, например, избавление святой земли от ига сарацин и язычников, или, еще лучше, удовлет ворение особенного влечения, например гнев Ахилла, и должна составлять связующее единство эпопеи в форме эпического со бытия, поскольку поэт повествует только о том, что является собственным воздействием этой сознательной цели или опреде ленного влечения и поэтому завершается вместе с ними в зам кнутое внутри себя единство. Но действовать, пробивать себе путь может только человек, так что с этой стороны индивид, сросшийся со своей целью и с влечением, стоит во главе всего. Если же, далее, действие и удовлетворение стремлений всего героического характера, от которого исходят цель и влечения, обнаруживаются только в совершенно определенных ситуациях и при определенных побуждениях, которые в широкой связи целого восходят к далекому прошлому, и если исполнение цели имеет немалые последствия и для будущего, то из этого проис текают для определенного действия, с одной стороны, многооб разные предпосылки, а с другой стороны, разносторонние послед ствия, которые не находятся, однако, в какой-либо более конк ретной поэтической связи с определенностью именно данной изо браженной цели. В этом смысле, например, гнев Ахилла столь же мало связан с похищением Елены или судом Париса, как и с действитель ным завоеванием Трои, хотя одно было предпосылкой для дру гого. Если поэтому утверждают, что у «Илиады» нет необходи мой закономерности в начале и нет должного конца, то такому суждению недостает только определенного понимания того об стоятельства, что в «Илиаде» воспевается именно гнев Ахилла, который и должен служить объединяющим моментом. Если же, напротив, постоянно иметь в виду образ Ахилла и представлять его — в гневе его, вызванном Агамемноном, — опорой всего це лого, то нельзя будет придумать лучшего начала и конца. Ибо непосредственный повод ко гневу составляет, как я уже сказал, начало, тогда как последствия гнева содержатся в дальнейшем развитии событий. Правда, вопреки этому, пыталось утвердиться мнение, будто последние песни в таком случае ни для чего не нужны и с тем же успехом могли бы и отсутствовать. Но такой взгляд не выдерживает критики перед лицом самой поэмы, ибо если пребывание у судов и воздержание от битвы объясняется у Ахилла только последствиями его непроизвольного гнева, и бездеятельность его вскоре влечет за собой превосходство троян цев над войском греков, а также поединок и смерть Патрокла,

,471