Эстетика. Том четвертый

преувеличенной задаче, созданной в результате искусственного случая. Если, по-видимому, отношения двух молодых влюблен ных,— чей темперамент благодаря их естественной, но еще без рассудной или невоспитанной живости, доходит до запальчивос ти друг против друга и разделяет их вплоть до вражды,— не вы зывают Вашего упрека, то этот упрек, напротив, всецело попа дает в старого графа, который, желая сохранить племяннику возлюбленную, заставил обвенчать с ней себя, потом получил у папы развод, разыграл собственную смерть и погребение и те перь в развитии пьесы выступает как отшельник. Не слишком ли такое великодушие странно само по себе, не слишком ли оно странно для комедии,— об этом можно, пожалуй, судить по-раз ному, но я не мог бы указать, как прийти тут к обоснованному мнению. Однако здесь следует вспомнить, что предпосылка, кото рую имеет каждая драма, основана на поступках и событиях, предшествовавших началу действия; больше или меньше вероят ности (которая помимо всего очень относительная вещь) в том, что уже лежит позади, не может нас особенно сильно печалить; что для пас существенно, это введенная таким образом ситуа ция сама по себе; она — то настоящее, которое должно быть ин тересным и в комедии пикантным. Мы и так давно привыкли мириться и в самой трагедии со многим в отношении предпосы лок. Я приведу следующий пример, который запомнился мне благодаря частым объяснениям одному знакомому: в «Лире» предпосылкой является передача его царства и то, что он сов сем не догадывался, совсем не знал о дурном сердце своих обе их старших дочерей (это ни в коем случае нельзя назвать дурнымн убеждениями) и о неприкрытой низости своих обоих господ зятьев. Всегда само по себе чрезмерно требование— приз навать такую предпосылку допустимой, хотя бы ее хотели рас сматривать только как внешнее условие для драмы развиваю щейся отсюда безумной скорби. Но само собой разумеется, что поэт должен делать нюансы в этой тождественности двух молодых характеров, расчленив ее на женственность и мужественность, и именно так, что женщина при этом могла бы только выиграть. В связи с этим здесь мож но более обстоятельно вспомнить ту перемену, тонко разработан ную поэтом, которая, будучи доверена артистке, известной нам как Юлия своего Ромео, необходимо должна была произвести свое действие — разбудить старое чувство и надежду; в Клотиль де этот переход происходит в прекрасной последовательности, прелесть которой тем привлекательнее, чем более она в то же время полна внутренней правды. Настроение первой ситуации

15 Гегель, т. 4

449