Эстетика. Том четвертый

еанием или испарением, вкус же с поглощением объекта. Этим двум чувствам объект открывается поэтому во всей своей неса мостоятельности, только в своем материальном исчезновении. Здесь созерцание относится поэтому ко времени, и перенесение из субъекта в объект того, что ощущается, становится здесь ме нее легким, чем в чувстве осязания, относящемся преимущест венно к тому в предмете, что в нем оказывает противодействие, равно как в чувстве, являющемся в собственном смысле чувст вом созерцания,— зрении, которое занимается именно объектом как чем-то по преимуществу самостоятельным, идеально и ма териально устойчивым, имеет к нему только идеальное отноше ние, ощущает посредством света только его идеальную сторо ну — цвет, материальную же сторону его оставляет незатрону той.— Наконец, для слуха предмет материально является пребы вающим, однако в идеальном смысле исчезающим; в звуке ухо улавливает дрожание, то есть только идеальное, не реальное от рицание самостоятельности объекта. При слухе поэтому отдели мость ощущения проявляется, правда, менее значительно, чем при зрении, но более значительно, чем при вкусе и обонянии. Мы вынуждены слышать звук, потому что последний, отделяясь от предмета, давит на нас, и мы без большого затруднения приуро чиваем его к тому или иному объекту, потому что при своем дро жании он сохраняется как нечто самостоятельное. Созерцание не следует смешивать ни с представлением в собственном смысле, подлежащим рассмотрению лишь позднее, ни с уже разъясненным только феноменологическим сознанием. Что касается прежде всего отношения созерцания к пред ставлению, то первое имеет со вторым только то общее, что в обеих этих формах духа объект является как обособленным от ме ня, так и принадлежащим мне. То же, что объект имеет характер чего-то принадлежащего мне,— это в созерцании существует лишь в себе и полагается впервые в представлении. В созерцании преоб ладает предметность содержания. И только в том случае, если я соображаю, что это именно я и есть тот, кто имеет созерцание,— только тогда я поднимаюсь на ступень представления. Далее, что касается отношения созерцания к сознанию, то об этом нужно заметить следующее. В самом широком смысле слова можно было бы, конечно, уже и рассмотренному в § 418 непосредственному или чувственному сознанию дать название созерцания. Но если это название — как это и должно быть по здравому смыслу — взять в его собственном значении, то тогда 404/ § 449