Архитектурная бионика

Гпава I. Архитектура и живая природа — непрерывный процесс взаимодействия 27

ные, технические и эстетические идеалы века. В это время поиск "живого" искусства, "живой" ар ­ хитектуры нашел яркое воплощение в романтизме. Ро ­ мантики возвели в культ природу. Истинность бытия в природе и эмоциональное переживание общения с ней они противопоставили искусственности, учтивой холод ­ ности всех вариаций классического искусства, нетрону ­ тую природу предпочли формализму классических са ­ дов и парков. Романтики с энтузиазмом следили за путешествиями биологов в дальние страны, их волновала не нарушенная цивилизацией гармония людей с природой. Идеал романтизма лучше всего отразился в пейзаж ­ ной живописи, родившейся в первой четверти прошлого века как самостоятельный жанр и ставшей на долгое время господствующим видом искусства. Пейзажи Кон ­ стебла, Тернера, Коро, французской барбизонской шко ­ лы, английских прерафаэлитов, реалистов Курбе, Домье, Милле, импрессионистов Моне, Дега, Сезанна в противо ­ положность историческим пейзажам неоклассицизма, идиллическим условным пейзажам старого академизма стали рассматриваться как сюжеты в самих себе, как главные действующие лица': "Новая живопись обратилась к пейзажу, отстаивала жанр пейзажа, как путь, подводящий к наилучшемувыражению нового восприятия"(121. И Констебл тщательно следил за естественно-науч ­ ными успехами своего времени. Живопись он опреде ­ лял как науку, которая должна заниматься исследова ­ нием законов природы, а пейзаж рассматривал как отрасль естествознания, опытами которой являются картины. Его научное познание проявилось в глубоко реалистическом описании природных объектов, Барбизонская школа во главе с Т. Руссо и прерафаэ ­ литы Д. Росетти, Г. Гент, Д. Миллее продолжают линию Констебла, доходя до крайнего натурализма. Они стре ­ мились списать с природы все до едва заметной жилки в листке; как географы они изучали топографию; как ге ­ ологи — строение почвы; как ботаники — физиологию растений, надеясь открыть первооснову жизнетворящих сил природы, скрытых за внешними контурами <|юрмы. В отличие от почти научного реализма Констебла Тер ­ нер и его последователи Коро и Джонгкинг склонны к необычному, исключительному, эффектному. Они реа ­ гируют на самые мимолетные изменения атмосферы и света, их называют увертюрой к будущим импрессио ­ нистам. Важно отметить, что зоологи и ботаники чрезвычайно ценили опыт писателей, художников, архитекторов в по ­ знании природы, приобретенный посредством наблюде ­ ний, интуиции и эмоций. Это подтверждает случай пере ­ вода с обширными комментариями великим русским ученым К.А. Тимирязевым первой книги о Тернере. В большом предисловии он писал: "Почему именно произведения этого художника так особенно приковали мое внимание? ... как натуралист, я должен, естественно, был увле ­ чься именно им... Очевидно, между логикой исследователя природы и эстетическим чувством ценителя ее красот есть ,ка- кап-то внутренняя, органическая связь" 03] . К.А. Тимирязев, как и Д.И. Менделеев, считал, что пейзажная живопись не случайно достигла своего разви ­ тия именно в XIX в. — веке естествознания. В архитектуре романтизм не произвел такого перево рота, как в живописи, вероятно, из-за большой живуче сти сил старых традиций, которые еще смогли родить ту форму эклектики, которая никогда и нигде до этого не была создана в таком идеальном воплощении. Но са ­ мо название направления тесно связано с архитектурой. "Романтическим" называли в конце ХУ1П в. садово-пар ­ ковый стиль в Англии. Романтизм питал ростки новой архитектуры и проявил себя в конце XIX в. (города- сады, модерн) и XX в. (органическая архитектура Ф.Л. Райта, X. Херинга, биологические направления) , Идеалы романтизма вобрала в себя ландшафтная ар ­

хитектура. Она всегда была отражением' идеи о земном рае и утерянной совершенной гармонии между челове ­ ком и природой. В ХУ1П в. в противовес строгой геомет ­ ричности садов и парков с регулярной формой насажде ­ ний и зеркалом вод утверждается новая концепция ланд ­ шафтной архитектуры, базирующаяся на экзотике, жи ­ вописности, с включением извилистых тропинок, нере ­ гулярной формы лужаек, искусственных водоемов, хол ­ мов, с вкраплением беседок, крытых аллей из вьющих ­ ся растений, руин готических сооружений, пагод в вос ­ точном стиле. Особенно сильным было влияние вековых традиций китайской и японской ландшафтной архитек ­ туры с сохранением дикого характера природы и лишь с незначительной корректировкой ее линий и форм в со ­ ответствии с идеальной "концепцией природы". В XIX в. сады и парки стали не только "оправой" че ­ ловеческих чувств, но и научными центрами. Их эстети ­ ка заключала в себе философию природы своего време ­ ни. Ботанические сады, в огромном количестве появив ­ шиеся в это время, были одним из ярких примеров ландшафтной архитектуры. Выдающимся архитектором-романтиком считают ан­ гличанина А. Пугина. Его строительная практика не от ­ личалась особой новизной, весь его талант был направ ­ лен скорее на создание декоративных форм. Но его тео ­ рия была важным вкладом в становление новой архи ­ тектуры. Немецкого архитектора Л. Персиуса признают осно ­ вателем романтической школы архитектуры. Его дома по внешнему виду напоминают строения в готическом и романтическом стилях. Главное же его достоин­ ство — умение связать объекты с природой в единое це ­ лое. Свои сооружения он проектировал в строгом соот ­ ветствии с климатом, с положением солнца и характе ­ ром ландшафта. Часто считают, что его творчество предшествует появлению городов-садов и теории ор ­ ганической архитектуры. Последователи Персиуса английские архитекторы Ф. Вебб и Н. Шоу соединяли готику с народными тра ­ дициями, создавая таким образом < йдеал"национального стиля в отличие от чужеродного классицизма. В возвеличении пейзажа, в развитии ландшафтной архитектуры можно видеть отражение некоторых мо ­ ментов теории эволюции, касающихся значительной ро ­ ли окружающей среды в формообразовании раститель ­ ного и животного мира, когда изменение среды влечет за собой изменение формы природного объекта. Высту ­ пая против абстрактности классической архитектуры, романтики считали, что живую архитектуру следует соз ­ давать из местных материалов, она должна вырастать из почвы подобно местному растению и определяться окру ­ жающим ландшафтом и национальными особенностями каждого отдельного региона. Концепция взаимосвязи искусства и природы Д. Рёс- кина, известного теоретика XIX в., тесно связана с романтизмом, идеологом которого его считеют. Для своего времени Рескин получил очень хорошее образова ­ ние в области естествознания, с раннего детства зани ­ маясь геологией и ботаникой наряду с живописью, ар ­ хитектурой, литературой. В 15 лет для "Журнала по ис ­ тории естествознания" он пишет очерк о причине изме ­ нения цвета воды в Рейне, иллюстрируя его очень точны ­ ми научными и тонкими художественными наблюдени ­ ями, а чуть позже делает научное исследование о геоло ­ гических слоях горы Монблан. Его дневники путешест ­ вий заполнены заметками по геологии посещаемых стран, сведениями о встречаемых геологических образо ­ ваниях. В 23 года он написал книгу "Современные художни ­ ки", имеющую целью защитить Тернера от нападок кри ­ тики. Изучение работ Тернера было важным источником познаний природы, не уступающим научному познанию:

Made with FlippingBook - professional solution for displaying marketing and sales documents online