Север в истории русского искусства

буждающе и как то забывается мгновенная печаль. Наиболее драгоцен­ ная страница нашей художественной истории перевернута—гениальный шатровый храм со многими его отступлениями и изменениями вставал перед нами, как высшее достижение и проявление самобытной, северной культуры, как создание самой вечно творящей, плодоносной природы. Идут другие страницы, которые однако будут только дополнением к основной лебединной песне северного зодчества. Какие бы обличия не принимали северные деревянные храмы, как бы далеко, казалось, не отходили они от своих прообразов—в основе их, в душе их строителей жила идея шатрового храма, идея художествен­ ная и религиозная, какой то северный канон, будто постоянно слыши­ мый ими и в свисте ветра и в шуме ели и в плескании кондовой лист­ венницы. В половине X V I столетия появляются, так называемые „кубоватые* храмы—четырехгранник покрывается не шатром, а несколько странной выпуклой фигурой, весьма неудачно наименованной „кубом" . Ближе по форме этот „куб" к „ковчегу" . Теже причины и следствия вызвали по­ явление этого новшества: запретительная настойчивость Москвы, требо­ вание пятиглавия и неуклонное желание" художника сохранить шатер. Посредством сочетания уже известных и любимых народом бочек—те­ ремков—кокошников, главок-луковиц и „КОвчеш-куба и , близкого к тре­ буемому московской церковью куполу, северному зодчему удалось уми­ ротворить патриаршее строгое око. Только видоизмененный, снова был пред очами художника дорогой шатер. И пред нами „КОвчею-кубоватые" храмы встают, как шатровые. Этого впечатления мастера достигали прежде всего тем, что они вытягивали, приподнимали „КОвчеш-кубы" к верху, ввысь. Такие одноглавые храмы, напр., Параскева Пятница в Шуе Кемского уезда —особенно подчеркивали своим одноглавием шатро­ вую форму. Применение 9 КОвчеш-куба" упростило задачи зодчих: работа не требовала былой тщательности отделки, свободно врезывались главки по углам, как требовала церковь, л все остальное—бочки—теремки —ко- 'кошники, приделы были допустимы. Отсюда возникло давно уже упот­ реблявшееся, но еще случайно, многоглавие. На „КОвчеге-кубе" поднялась пятерня глав, по приделам встали другие главы—и храмы одевятигла- вились. Чисто декоративные части сооружения северные главки в руках мастера сделались действительно одним из неизгладимо выразительных способов „преукрашения" храмов. Наглядно показательна эта декора­ тивная красота в замечательных памятниках Преображенской церкви в Чекуеве Онежского уезда, Владимирской в Подпорожьи Архангельской губ. и особенно в целых соединениях нескольких храмов по погостам Оло- ции и Онеги. Такие погосты, как Бережно-Дубровский Каргопольского уезда или Турчасовский Онежского уезда с десятками больших и малых гла­ вок являют удивительные зрелища для самого изысканного взгляда. Ис­ чезают всегда, неизменно неуклюжие четверики—и только главы подни­ мающиеся одна над другой царят над всем и очаровывают своим друж­ ным, тесным, словно сознательным серьезным и таинственным разгово­ ром там, на высоте. И вблвзи и издали эти леса главок подсказывают,