Север в истории русского искусства

подвижим. Ивашко Ляпун, новгородец „от злосердия своего вземши уб­ рус прискочил безчинно к образу святому, и тем убрусом связал образ Пресвятые Богородицы, говоря: „пленник на чужую сторону не связан­ ный никогда не ходил* 4 —и тогда ладья двинулась, но этим не кончи­ лись явившиеся тогда чудеса: новгородцы на возвратном пути своем были поражены тяжкими болезнями: „руки и ноги начали корчится, хребты и поясницы ломотою возболезноваша, иним же слепотою и бо- лезнию очес поражены были и в таковой болезни суще, немноги здравы в Новгород возвратишася 41 , по прибытии же в Новгород, по совету своего ерхиепископа Иоанна дали обет возвратить икону в Устюг и по­ строить в нем новый храм Успения, и притом возвратить в собор все награбленное имущество. После того болезни прекратились, а Ивашка Ляпун с общего согласия новгородцев был брошен в реку Волхов, при чем ему завязали глаза тем же самым „убрусом* , которым он свя­ зал святую икону. Новгородцы исполнили обет свой, возвратили чудот­ ворную икону в Устюг. Устюжане с сердечной радостью встретили об­ раз Богородицы, который пробыл 'в Новгороде и в пути ровно год" (И. К. Отепановский. Вологодская старина. Вологда. 1890. стр. 361 — 362). Другая икона „ Успение* прислана в Великий Устюг князем Се­ меном Борисовичем Суздальским в 1496 году. Обращает внимание на себя другое „Успение" коллосальных размеров — почти сажень высоты. Икона несомненно старая. В Велико-Устюжской Спасской церкви находится икона „Нерукот- воренною образа* первой половины X V века, написанная Устюжским мастером Серапионом во время „моровой ЯЗвЫ" (чумы), свирепствовав­ шей в Великом Устюге и его окрестностях. Предание рассказывает, что икона была написана по обещанию горожан. „В 1447 году,—по словам Устюжского летописца—по обещанию града , Устюга изображен бысть писанием Нерукотворенный образ Господа Бога и Спаса Нашего Иисуса Христа и поставлен на вратех градских на башне новоустроенного го­ родища наприлуце". Икона больших размеров, закованная в безвкусный серебряный оклад со стразами, весящий больше пуда. В церкви Иоанна Юродивого Устюжского чудотворца хранится образ „Иоанна* с житием— вклад Никиты Григорьевича Строганова с датой 1602 года. Учитывая то значение, какое имел Великий Устюг, как один из торговых центров севера в старину, как один из городов, связанных с именем Строгановых и многих богатых и знатных новгородцев, пересе­ лившихся в него в X V столетии, было-бы просто странно на каждом шагу не встречать отголосков былой культуры в нем в образе велико­ лепного искусства новгородской иконописи. Буквально во всех десятках устюжских храмов без всякого исключения живет „иконописная древ­ ность", конечно, не в первоначальном своем виде, а с теми наслоения­ ми, которые легли на нее особенно в последние два века. Расчистка могла бы дать великолепные образцы драгоценных икон. На Вычегде в Яренском уезде, в Иртфвской церкви Воскресения находится „чудотворный* образ Спаса Нерукотворенного, приписывае­ мый кисти Стефана Пермского, просветителя зырян, жившего в X I V— XV веках. Внимательное обследование всех церквей в уездах, раски-