Образы архитектуры и образы скульптуры

«МАРСЕЛЬЕЗА» РЮДА

375

генды», представлявшей изгнание французской армии из России как фа­ тальное следствие «русской зимы» и других невзгод природы. Аллегория этой самой зимы в виде мрачного старца в медвежьей шкуре, восседа­ ющего на льдине, занимала центральное место в задуманной скульпто­ ром группе. Вряд ли приходится, если судить по этим рисункам (единственному, что сохранилось от неосуществленного замысла), сожалеть, что Рюду пришлось удовольствоваться выполнением только одного горельефа. За­ казы на остальные скульптурные работы были распределены министром Тьером между скульпторами Этексом и Карпо, причем были внесены из­ менения и в тематику рельефов. На долю Рюда помимо «Выступления добровольцев» пришелся еще барельефный фриз, украшающий арку по­ верху, со стороны Нейи, и изображающий возвращение французской ар­ мии из Египетского похода. Таким образом, «Выступление добровольцев», или «Марсельеза», за­ няла центральное место в творческой биографии скульптора. И хотя среди очень большого числа работ, выполненных Франсуа Рюдом в тече­ ние его долгой жизни, можно назвать немало значительных вещей (и в первую очередь — памятник маршалу Нею, один из лучших монументов Парижа), подлинно великое произведение монументального искусства он создал лишь тогда, когда обратился к теме народной революции. Не наполеоновская эпопея, хотя он был романтически предан ей и идеали­ зировал, как мог, ее героя, и не романтический образ Жанны д'Арк, ко­ торому он посвятил одну из своих больших скульптурных работ, а только «Добровольцы I79 2 года» ввели имя Рюда в ряд имен великих ва­ ятелей новейшего времени. Оказавшись в центре одной из самых оживленных, наполненных не­ престанным движением площадей Парижа, в одном из наиболее пред­ ставительных и парадных мест французской столицы, рюдовская «Мар­ сельеза» сумела выдержать это «испытание местом», как выдержала она испытание временем. Ни бесконечный круговой поток автомобилей и пешеходов, ни разноцветные рекламные огни соседних Елисейских по­ лей, ни даже неугасаемое пламя могилы Неизвестного солдата, бьющее из асфальта перед самой аркой Триумфа, не в состоянии отвлечь внима­ ние от ее правого пилона, где изваяны в камне шестеро волонтеров, осе­ ненных крылатой Свободой. Мы пытались показать, в чем заключена художественная сила этой скульптурной группы, так высоко поднимающейся над всем тем, что было создано в этой области искусства в первой половине XIX века. Как ни в каком другом монументальном произведении на историко-героиче- скую тему, здесь «во весь голос» звучит хвала народу — собирательный образ народа является единственным героем события, запечатленного в скульптуре. А через этот исторический эпизод просвечивает более об-