Образы архитектуры и образы скульптуры

ОБРАЗЫ СКУЛЬПТУРЫ

294

творчестве самого Бернини мысль и мастерство новатора, прокладыва- теля новых дорог, связывающих искусство ваяния с жизнью, сочетались с художественным служением самой реакционной силе века — папской власти и возглавляемой ею контрреформации? Какой в свете этого соче­ тания должна быть конечная оценка творческого наследия Бернини? Бернини жил и работал в Риме, папской столице, в десятилетия, большая часть которых отмечена напряженными усилиями феодальной аристократии и католической церкви, направленными к отвоеванию по­ зиций, захваченных Реформацией, прогрессом точных наук, первыми успехами рационалистической философии. Противопоставить во что бы то ни стало победам, одержанным буржуазной мыслью во всех странах Европы, новое церковное «возрождение» — такова была основа поли­ тики папского престола, оплота и центра европейской феодальной реак­ ции на протяжении всего XVII столетия. Политическое усиление светс­ кой власти пап, агрессивные военные действия папского государства, огромные средства, брошенные на «пропаганду веры», уловление душ всеми возможными средствами, включая в первую голову открытые и тайные маневры иезуитизма, — все это призвано было служить указан­ ной цели. Искусство было включено в арсенал первостепенных по важности средств воздействия церкви на души человеческие. Эти средства должны были быть сильнодействующими, в них должна была проявиться насту­ пательная сила идеологической войны, которую папский Рим в союзе со всеми силами контрреформации предпринял еще в конце XVI века. Ма­ стера того круга, который мы обозначаем термином «римское барокко», призваны были выполнять именно эти задачи. Формы выполнения были исключительно разнообразны. В архитектуре — гигантские колоннады, фасады храмов, наполненные сложным рельефом пышных порталов, контрастами светотени, подавляющей сложностью архитектурно-скуль­ птурного убранства, подкупольные интерьеры, уводящие взгляд в бес­ предельность и создающие впечатление недосягаемой тайны, разлитой в переходящих друг в друга пространствах нефов и капелл. Новые типы и приемы церковной музыки, в частности оратория, введенные в обиход именно в эту пору, обладали высокой степенью эмоционального воздейс­ твия. Эффекты театрального характера вплоть до своего рода драматиче­ ских инсценировок широко усваивались на церковной кафедре, в пропо­ ведях, в канонах и методах ораторского искусства. От скульптуры (так же как от всего изобразительного искусства) требовалось прямое и безо­ шибочное воздействие на чувства зрителя, — воздействие всеми средст­ вами: драматизмом сюжета, патетикой жестов и мимики, монументаль­ ными масштабами статуй и скульптурных групп, роскошью материалов, обилием и богатством аксессуаров и деталей, наконец, всевозможными «внепластическими» эффектами — вроде введения декоративных фонов,