Образы архитектуры и образы скульптуры

ПЕРГАМСКИЙ АЛТАРЬ

257

конкретными очеловеченными образами, индивидуальной характери­ стике которых скульптор уделяет такое же внимание, такие же пласти­ ческие усилия, как и характеристике традиционных персонажей тор­ жествующего Олимпа. Многофигурное изображение битвы, занимающее фриз Пергамского алтаря во всю его громадную длину, выдвигало в качестве первого ком­ позиционного требования необходимость четкого разграничения всех фигур на две основные группы, противостоящие друг другу. То или иное решение этой задачи, в сущности, предопределяло основной прием всей композиции. Противники должны резко отличаться друг от друга — иначе будет непонятен самый смысл борьбы. Эти отличия не могут огра­ ничиваться только характеристиками отдельных участников битвы, при­ надлежащих к тому или иному лагерю. Вся многофигурная композиция в целом должна быть построена таким образом, чтобы зритель отчет­ ливо воспринимал основное противопоставление, основную внутреннюю противоположность, из существа которой и рождается самая тема борьбы, рождается произведение, посвященное этой теме и ее раскрыва­ ющее. Какими средствами передать в протяженной многофигурной сцене это противопоставление одной стороны другой? Поставить противников друг против друга было бы возможно лишь в том случае, если бы речь шла о поединке двух вождей или борцов, а не о громадной битве со мно­ жеством участников. Другой способ — разбить всю батальную сцену на ряд отдельных схваток, на отдельные группы борющихся. Так, собст­ венно, и делали греческие скульпторы более ранних времен, когда им приходилось изображать многофигурные батальные сцены, — например, в рельефах западного фронтона храма Зевса в Олимпии, где предста­ влена борьба кентавров с лапифами. Но этот метод, пригодный для огра­ ниченного пространства фронтона, не мог быть применен в стометровом цокольном фризе: задуманная эпопея распалась бы в этом случае на длин­ ный ряд самостоятельных эпизодов-«поединков» и замысел потерял бы свою монументальную общечеловеческую значимость, а самая тема борьбы богов с сыновьями Земли потеряла бы свой надмирный, косми­ ческий смысл. Создатели Пергамского фриза нашли в высшей степени простое и в то же время убедительное решение основной композиционной задачи. Они разделили обе борющиеся стороны по горизонтали, так что поверх этой воображаемой линии оказываются в большинстве случаев головы богов, а ниже ее— головы гигантов. Правда, эта горизонтальная ось отнюдь не проведена по всему фризу геометрически точно и непрерывно; но, несмотря на ряд исключений, на всем протяжении фриза ясно выражено это разделение всех действующих лиц на две враждебные стороны. Подобный прием дал возможность из-