Гамбургский счет

Бурлюк учил Маяковского

на ветке лож с цветами плюша повисли тягостные фраки.

сдвигу.

(Владимир Маяковский)

Владимир Маяковский пе ренес культуру живописи на по эзию. Сперва Владимир выходил на диспут скорее как живо писец. Еще висели на выставке его картины. Он шел от них. Бунт вещей, знание, что вещи нам изменят, что вещи изменяют перед этим свои имена, был хорошо знаком Вла димиру Маяковскому. Об этом знали футуристы давно. Об этом в первом «Садке судей» было напечатано стихотворение «Жу равль». Об этом, как и о войне, писал Хлебников. Я был тогда совсем молодой кудрявый мальчик, с молодым голосом, с темпераментом, от которого гнулись доски на три буне, с несколькими мыслями. Был я тогда скульптор и мог понимать литературу, потому что шел от ремесла. Владимир ругался с публи кой. Это старый обычай в худож нических диспутах. Мы говорили тогда о весе лых графинах, разбиваемых о головы публики. Шкуры на нас дымились, как на травленых волках. Не от пота — от трения под мышками. Мы могли загореться во время бега. «А между тем родился эпос»*. Рос Маяковский, рос с го лоса. Каждому писателю, когда он появляется, предлагают че рез несколько дней или через несколько лет покаяние.

Читайте железные книги! Под флейту золоченой буквы полезут конченые сиги и золотокудрые брюквы.

Когда же, хмур и плачевен, загасит фонарные знаки, влюбляйтесь под небом харчевен в фаянсовых чайников маки! (Владимир Маяковский)

Злей не был и Кощей, Чем будет, может быть, восстание вещей. Зачем же вещи мы балуем? Вспенив поверхность вод, Плывет наперекор волне железно стройный плот.

Крюк лазает по остову С проворством какаду.

Летят, как листья в непогоду, Трубы, сохраняя дым и числа года. Мост, который гиератическим стихом Висел над шумным городом. Объяв простор в свои кова, Замкнув два влаги рукава, Вот медленно трогается в путь С медленной походкой вельможи, Которого ошита золотом грудь... (Велимир Хлебников, поэма «Журавль»)

И вот сегодня с утра в душу врезал матчиш губы. Я ходил, подергиваясь, руки растоиыря,

а везде по крышам танцевали трубы, и каждая коленями выкидывала 44!

Старик е кошками

Вот видите! Вещи надо рубить! Недаром в их ласках провидел врага и!

431