Эстетика. Том третий

следований, которые можно было бы использовать, а также более близкого знакомства с ним, то не оставалось ничего иного, как время от времени делать отдельные исторические замечания. Что же касается нашего теперешнего предмета, эпической поэзии, то здесь дело обстоит примерно так же, как со скульп турой. Правда, по способу изложения это искусство разветвля ется на самые различные виды и разновидности и относится ко многим временам и народам. Но его совершенную форму в ка честве эпоса в собственном смысле слова и наиболее адекватную этому роду поэзии действительность мы нашли в Греции. Ибо у эпоса вообще есть глубочайшее внутреннее родство с пластично стью скульптуры и с ее объективностью как в смысле субстан циального содержания, так и в смысле изображения в форме ре ального явления, так что мы не можем считать случайностью то обстоятельство, что эпическая поэзия, как и скульптура, вы ступила у греков в изначальном и непревзойденном совершен стве. Однако по обе стороны этого кульминационного момента тоже есть свои ступени развития, которые не являются чем-то малозначительным и второстепенным для эпоса, но необходимы для него, поскольку крут поэзии заключает в себе все напии и эпос доводит до созерцания именно субстанциальное ядро народ ного духа, так что всемирно-историческое развитие приобретает здесь большее значение, чем в скульптуре. Поэтому в отношении эпического искусства в целом и, кон кретнее, эпопеи мы можем выделить те три основные ступени, которые составляют историю развития искусства вообше: во-первых , восточный эпос, средоточие которого образует сим волический тип; во-вторых , классический эпос греков и подражание ему у римлян; в-третьих, богатое и многостороннее раскрытие эпически-ро мантической поэзии в кругу христианских народов, которые сна чала выступают, однако, в своем германском язычестве; в то же время, с другой стороны, в иной сфере, за пределами собственно средневековых рыцарских поэм, вновь используется античность, отчасти как обтее достояние образованности, очищающее вкус и манеру изображения, отчасти же прягмо как образец, пока, на конец, роман не заступает место эпоса в собственном смысле. Переходя теперь к упоминанию отдельных эпических произ ведений, я смогу остановиться здесь только на самом важном и вообще могу придать всему этому разделу лишь характер бегло го обзора и наброска. ,476