Эстетика. Том третий

том в качестве материала, объединяющего все целое. И, наобо рот, особенное событие со своей стороны не может настолько включить в себя субстанциальную национальную основу и це лостность — почву, на которой оно движется, — не может на столько поглотить их, чтобы они отрешились от всякого само стоятельного существования и только служили бы этому собы тию. В этом отношении поход Александра на Восток, например, далеко не очень хороший сюжет для подлинной эпопеи. Ибо эти героические подвиги, как они были задуманы и исполнены, в та кой значительной мере покоятся на самом Александре, этом од ном индивиде, его индивидуальный дух и характер в такой зна чительной мере является их единственным носителем, что наци ональная основа — войско — и его предводители совершенно ли шены независимого существования и положения, всего того, что мы обрисовали выше как необходимое. Войско Александра — это его войско, полностью связанное с ним и с его приказами, лишь покорное ему, но не последовавшее за ним добровольно. Собственно же эпическая жизненность заключается как раз в том, что обе основные стороны, особенное действие с его инди видами и всеобщее состояние мира, оставаясь в беспрестанном опосредствовании, все же сохраняют в этом взаимоотношении необходимую самостоятельность, чтобы проявлять себя как та кое существование, которое и само по себе обретает и имеет внешнее бытие. уу. Поскольку мы уже установили в отношении эпической субстанциальной почвы, что, для того чтобы из нее могло прои зойти индивидуальное действие, она должна заключать в себе коллизии, и поскольку, во-вторых, мы видели, что это всеобщее основание может обнаружиться не как таковое, но только в фор ме определенного события и в связи с ним, то именно в этом индивидуальном событии и следует искать исходную точку для целой эпической поэмы. Особенно важно это ,шя ситуаций, скла дывающихся вначале. И здесь мы можем охарактеризовать «Или аду» и «Одиссею» как образцовые произведения. В первой поэ ме Троянская война образует всеобщий, живо выступающий фон, который, однако, предстает перед нами только внутри опреде ленного события, связанного с гневом Ахилла, и поэтому поэма начинается замечательно ясно, с таких ситуаций, которые воз буждают страсти главного героя против Агамемнона. В «Одис сее» два различных состояния могут послужить материалом для начала — блуждания Одиссея и домашние события на Итаке. Гомер сближает их тем, что сначала он только кратко говорит

,462