Эстетика. Том третий

происходит, например, у Оссиана, или если они, как отчасти уже у Тассо и затем главным образом у Мильтона и Клоп штока, выделяются как лучшее из того, что могло удасться по эту. Наоборот, о чувствах и о размышлениях, так же как и обо всем внешнем, следует повествовать как о чем-то свершившемся, сказанном, продуманном, не прерывая спокойного эпического тона и движения. Поэтому в эпосе нет места для отрывочного выкрика страсти, вообще для излияния внутренней души, кото рая раскрывалась бы для того только, чтобы выявить себя. Точ но так же отвергает эпическая поэзия и живой драматический диалог, в котором присутствующие индивиды непосредственно ведут между собою разговор и где главным остается характер ная речь персонажей, обращающихся друг к другу в своем стрем лении убедить, приказать, понравиться собеседнику или же как бы переломить его страстностью своих доводов. ββ. Во-вторых , эпос должен представить перед нашим взо ром все названное богатство содержания не в такой его объек тивности, в какой оно существует только для себя самого; фор мой, благодаря которой эпос становится эпосом в собственном смысле слова, является, как я уже не раз говорил, индивидуаль ное событие. Если такое ограниченное внутри себя действие должно сохранять связь со всем материалом, который еще вой дет в эпос, то нужно, чтобы этот более широкий круг был по стоянно сопряжен с совершающимся индивидуальным событи ем, не выпадая из него и не делаясь таким образом самостоя тельным. Прекраснейший образец для такого внутреннего пере плетения одного с другим дает «Одиссея». Мирные условия до машней жизни греков и представления о чужих варварских на родах и землях, о царстве теней и т. д. столь тесно переплетены с индивидуальным странствованием Одиссея, возвращающегося на родину, и Телемаха, отправившегося на поиски отца, что ни какая из этих сторон не может здесь абстрактно отпасть от под линно совершающегося события и сделаться самостоятельной сама по себе. Не может и лениво уйти от себя, подобно хору в трагедии, который не действует и имеет перед собой только все общее, но каждая из этих сторон воздействует на события, про двигая их вперед. Подобным же образом природа и мир богов получают индивидуальное и живое изображение не ради них самих, а в связи с особенным действием и только благодаря ему, направлять которое — дело и задача богов. Уже в этом случае повествование никогда не может предстать простым описанием независимых друг от друга предметов, поскольку повсюду рас сказ идет о протекающем свершении события, избранного поэ- ,461