Эстетика. Том четвертый

подскакал на своем коне и, наклонившись с седла, сердечно меня обнял; завтра я нанесу ему визит. Затем я пошел в театр; но для того, чтобы описать тебе этот спектакль, у меня недостало бы ни времени, ни бумаги, ни памяти, — все это у меня на исходе, довольствуйся пока теат ральной афишкой, причем постарайся себе вообразить, что алле горические персонажи не только безмолвно присутствуют в пье се, но и по-настоящему разыгрывают целую сценку, и даже весь ма нравоучительную (такую, к примеру, как в «Блудном сыне» или, верней, в «Дон-Жуане»); герой теряет разум, шарит в карманах кафтана, ища свою голову, радуется, когда ее находит, а так как голоден, впивается в нее зубами и потом вопит, что откусил себе нос; в общем, это порой кажется нам чрезвычайно странным, порой чрезвычайно смешным, ибо это опять-таки весь ма ходульно, нравоучительно, серьезно. А конец таков: Что мне богатство! Нет его, есть ли оно — все одно!.. Вчера весь день у меня ушел на поездку в Карлштейн, ста рый замок, в четырех часах пути отсюда, где на стенах еще ви сят старинные картины, а кроме них, смотреть нечего; сегодня до обеда побывал в церквах и галереях, в некоторых — второй раз, и покончил со своим делом, то есть с осмотром достоприме чательностей. Вчерашняя вылазка в жару и жара нынче утром очень меня утомила и ослабила; как нельзя лучше восстановил мои силы сегодняшний обед у oncle. После обеда опсіе повез нас в коляске в прелестный увеселительный сад; здесь, хоть давно не было дождя, листья еще сочные, совсем зеленые. Завтра я опять обедаю у дядюшки, у них я чувствую себя очень хорошо благода ря оказанному мне радушному и сердечному приему. ...А теперь о моем образе жизни в Вене, который пока со стоит из трех пунктов: королевско-императорская картинная гале рея, итальянская опера и — попутно — внешний вид Вены; гале рею я посетил третьего дня до обеда, затем вчера до и после обеда, и сегодня снова; и все же подробно рассказывать о ней трудно, это неизбежно превратилось бы в слишком пространную реляцию; коротко: я ознакомился с нею и видел чудесные вещи. Но итальянская опера! В понедельник мы были на «Дорали 522 / Пятница 17 сентября [1824] МАРИИ ГЕГЕЛЬ Вена, четверг утром 23 сентября [1824]