Эстетика. Том четвертый

живом и т. д., ум разумных существ, сила сильных и т. д.» Он прибавляет далее, что посредством Майи (по Шлегелю: Магии), которая также не есть что-либо самостоятельное, но принадлежит только ему же, — посредством своеобразных качеств — мир вво дится в заблуждение, не познает его, Кришну высшего и неиз менного, что трудно проникнуть сквозь эту Майю; но что те, кто приобщился к нему, преодолели ее и т. д. Это представление сво дится затем к простому выражению. «В конце многих возрожде ний,— говорит Кришна,— тот, кто одарен наукой, обращается ко мне: Васудева (то есть Кришна) есть всё; нелегко найти чело века, который обладал бы этим убеждением, человека столь воз вышенного образа мыслей. Другие обращаются к другим богам; я награждаю их соответственно их вере; но награда таких мало понимающих людей ограничена. Глупцы считают меня види мым— меня невидимого, непреходящего и т. д.». Это всё (АН), каковым объявляет себя Кришна, в такой же малой мере, как элеатское Единое и спинозовская субстанция , является всей со вокупностью вещей (Alles). Скорее, вся совокупность вещей, это бесконечно многое, чувственное множество конечного определе но во всех этих представлениях как акцидентальное, которое не существует в-себе-и-для-себя, но свою истину имеет в субстан ции, в том Едином, которое, в отличие от упомянутого акциден тального, одно только и представляет собою божественное нача ло и бога. Но и помимо этого индуизм развивается в направле нии представления о Браме, о чистом единстве мысли внутри себя самой, в котором исчезает вся эмпирическая совокупность ве щей мира, как и те первые субстанциальности, которые называ ются богами. Колбрук и многие другие определяли поэтому суть индуизма как монотеизм. Что это определение не является неправильным, следует из того немногого, что сказано выше. Но это единство бога, и притом духовного бога, в такой малой мере конкретно внутри себя, до такой степени, как бы сказать, бес сильно, что индуизм представляет собой чудовищную путаницу и одинаково способен быть и самым беспорядочным политеиз мом. И тем не менее идолопоклонство убогого индийца, почитаю щего обезьяну или еще что-либо подобное, все же не есть еще то убогое представление пантеизма, по которому вся совокуп ность вещей (Alles) есть бог и бог есть вся совокупность ве щей. , Впрочем, монотеистический индуизм сам является приме ром, как мало еще значит простой монотеизм, если идея бога не определена глубоко в ней самой. Ибо упомянутое единство, по скольку оно внутри себя абстрактно и тем самым пусто, уже са мо собой ведет к тому, чтобы иметь конкретное вообще вне се 436/