Эстетика. Том четвертый

непосредственности . Вследствие этого диалектического движения общее представление достигает таким образом того, что для сво его подтверждения оно уже не нуждается более в содержании образа, но оказывается подтвержденным в себе и для себя само го, получает, следовательно, непосредственное значение. Посколь ку же далее освободившееся от содержания образа общее пред ставление становится чем-то созерцаемым в произвольно избран ном им внешнем материале, оно порождает то самое, что — в оп ределенном различии от символа — следует назвать знаком . Знак следует рассматривать как нечто весьма важное. Если интелли генция что-нибудь обозначила, то она тем самым покончила с содержанием созерцания и дала чувственному материалу в ка честве его души чуждое ему самому значение. Так, например, кокарда, флаг или надгробный камень означают нечто совсем иное, чем то, на что они непосредственно указывают. Выступаю щая здесь произвольность соединения чувственного материала с общим представлением имеет своим необходимым следствием то, что приходится сперва научиться понимать значение знаков. В особенности это справедливо о знаках языка. § 458 В этом исходящем из интеллигенции единстве самостоятель ного представления с некоторым созерцанием материя последне го первоначально есть, правда, нечто принятое извне, нечто не посредственное или данное (например, цвет кокарды и т. п.). Од нако созерцание имеет в этом тождестве значение не как нечто положительное и представляющее само себя, но лишь как пред ставляющее собой нечто другое. Оно есть образ, который принял в себя самостоятельное представление интеллигенции как душу, как свое значение. Это созерцание есть знак. [Знак есть непосредственное созерцание, представляющее совершенно другое содержание, чем то, которое оно имеет само по себе; пирамида, в которую переносится и в которой сохраня ется чья-то чужая душа. Знак отличен от символа, последний есть некоторое созерцание, собственная определенность которого по своей сущности и понятию является более или менее тем са мым содержанием, которое оно как символ выражает; напротив, когда речь идет о знаке как таковом, то собственное содержание созерцания и то, коего оно является знаком, не имеют между со бой ничего общего. В качестве обозначающей интеллигенция об наруживает поэтому большую свободу и власть при пользовании созерцанием, чем в качестве символизирующей.

414/