Эстетика. Том четвертый

4. ЕГИПЕТСКАЯ РЕЛИГИЯ а) Почитание животных

Сам египетский дух представляет собой загадку во всемир ной истории. Загадка имеет стороны, заключающие в себе более глубокое значение, и мы видим, что таковы по своему характеру египетская религия и великие труды египтян, проистекающие хотя и из политических отношений, но главным образом из ре лигиозного стремления. Так как египетская религия была имен но загадкой, то с древних времен ведется спор о том, каковы же были ее смысл и ее значение. Стоик Херемон, бывший в Егип те в эпоху Тиберия, объявляет ее чисто материалистической по содержанию, говоря, что религия эта была совершенно физичес кой по своему характеру, а божества — просто календарными бо жествами. Противоположную позицию занимают неоплатоники, видящие во всем символ и духовное значение и считающие, что содержанием египетской религии был чистый идеализм, а не нечто физическое. Оба представления подтверждаются, но под тверждается также и то, что каждое из них односторонне само по себе и что природные и духовные силы рассматриваются ими в теснейшей связи друг с другом; при этом, однако, не выявляет* ся духовный смысл, но обе эти силы, связанные между собой,, сочетаются и объединяются именно в их высшем противоречии.. Говоря, что лев, крокодил были для египтян только символами, мы вкладываем в это недопустимо далеко идущий смысл. Если же говорят, что египтяне почитали в Аписе не только природное животное, но что в своем представлении и чувстве они понима ли под этим еще и что-то другое, то это представление имеет не обходимую силу само по себе. Ибо люди никогда не почитали вещей как таковых, потому что у них вообще было чувство сво его величия. Когда мы объясняем египетские образы, то это ведь наше объяснение. Значение, которое мы им приписываем, это —наша мысль. В египетских же изображениях значение и предметность именно слиты друг с другом и не могут мыслиться отдельно. В Египте мы находимся еще внутри созерцания природы. Когда мы говорим о боге, мы стоим на почве мысли и от этой абстрактной мысли переходим затем к божественным свойствам· и сущностным определениям. Здесь мы должны совершенно ос тавить эту точку зрения и предоставить действовать лишь чув ственной способности воображения. В случае египетского созер цания природы речь идет не о всеобщем небе Китая, не о все общей природной душе и ее воплощении, как у индийцев, не о·

297 /