Тропинин

и и тоже время нежшш игривость , почти шаловливый задор, какое-то наивное кокетство. Это выражение лица поддержано движением : девушка склонилась над работой, но кто-то пошел, она оторвалась, быстро оглянулась и лукаво встречает зри- тели глазами. То же движение и в «Золотошвейке» ; различие лишь в технике ее рукоделии. I! этой кокетливой грации несомненно звучат отголоски XV I I I it. Ilo есть все же и что-то новое в этих Тропиііинеких образах, что-то более простое: у них открытое глаза, четче улыбка , откровеннее ласковость взора, ярче чувствительность сердца. Исчезла прежняя не- досказанность; все теперь договорено до конца и даже под- черкнуто. Та же трезвая точность и в передаче обстановки работы; ясно н без намеков перечислены инструменты: нож- ницы. коклюшки, образчик узора. Линейно-скульптурная форма привлечена здесь на службу натуралистической дета- лизации . Кто были все эти «Кружевницы» . «Золотошвейки» . «Белошвейки»? Конечно это не были дворянские барышни, занявшиеся от скуки рукоделием. Были ли они дворовыми девушками или московскими ремесленницами? Во всяком случае, все они восходят к кукавскнл впечатлениям ( «Пряха» , рис. ЛЬЛЬ 1 0 2 , 1 0 8 ) , что делает более правдоподобным первое предположение. Однако позднейшие в арьянты . например, «Де - вушка за ирошпнкамп» (ЛЬ 159) конца 80-х г г . или «Девушка с горшком роз» 10-х г г . (ЛЬ 2 1 6 ) , могли изображать и город- ских ремесленниц, т . к . в эти годы Тропнннн уже не был так тесно связан с крепостным миром ' ) . К типу «Кружевницы» и «Золотошвейки» относится и «Ги- тарист» . также много раз повторенный. Четыре первых изве- стных нам (ЛЬЛЬ 7 4 , 75 , 76 , 125) весьма близки по трактовке к этому типу; может быть только меньше в них кокетства .

1 ) Круженное а золотошвейное дело были очень распространены а крепостных мас терских , как помещичьих , т а к н кре с тьянских , к у с - т арных (Т у г а и - Б а р а и о и с к н іі. Ру с с кая фабрика в прошлом и настоящем) . і

recjWpSUM»" 1 bH4 , JU* E WA I е с с