TATLIN NEWS #56

ной формулировкой, различие позиций может быть определено, например, таким образом. Традиционная позиция: проектировать угольный карьер так, чтобы максимально ком- пенсировать нарушение первичной экосисте- мы и, в идеале, восстановить исходное состо- яние после выработки карьера. Наша пози- ция: спроектировать парк на месте будущего угольного карьера и использовать создание такого парка для получения угля. Именно та- кой, внешне парадоксальной, логикой руко- водствовались, работая для казахстанского Экибастуза или Канско-Ачинского энергети- ческого комплекса. Приступая к работам в Красноярске, мы ознакомились с разработанной коллекти- вом ученых моделью экосистемы бассейна реки Енисея. Подвергнув анализу отображе- ние Енисея в живописи за сто лет, мы полу- чили и предъявили модель колористической системы обширной и слоеной территории, за- крепленной в культуре, модель, которую мож- но и должно развивать по ее законам – не ме- нее строго, чем экологическую модель Уже из этих примеров очевидно, что трансляция потребителю и децидентам художественно-проектного решения пред- ставляет собой задачу изрядной сложности. Без эффективной трансляции невозможно добиться и обратной связи – реакции на про- ектное предложение, способной оказать кон- структивное воздействие на его разработку. Обычно проект существует в системе вну- трипрофессионального рассмотрения и вну- три системы бюрократического рассмотре- ния, тогда как роль проекта в жизни культуры, в ее движении игнорируется или недооце- нивается. В отличие от тех наших коллег, кто стремится апеллировать к массовому потре- бителю непосредственно, мы сфокусировали внимание на коммуникации через ряд парал- лельных каналов культуры. В ходе проектной работы в Красноярске, за 2 месяца художественно-проектный коллек- тив (около 30 профессионалов) провел сле- дующие встречи: с молодежью (комсомоль- ский актив Красноярского края), с партийно- хозяйственным активом края; с писателями; отдельно с поэтами; с актерами театров; с учеными и, естественно, с архитекторами и художниками. Важно зафиксировать, что речь идет о встречах и обсуждениях в процессе проектирования, в рабочей мастерской: от- крытость процесса, вовлечение в проектный процесс (оценки, реплики, предложения) тех, кто реально играет роль трансляторов цен- ностей в культуре, убеждает в новых ценно- стях, несомых проектированием, провоцирует

формирование новых потребностей. Парал- лельное процессу проектирования подключе- ние каналов массовой информации усилива- ет обозначенный процесс взаимодействия го- рожан с проектным представлением среде их непосредственного обитания. Не только результат проектного процесса, представленный на выставке и подвергаемый широкому общественному обсуждению, но и весь процесс проектировании нам удалось в ряде случаев превратить в значительное со- бытие культурной жизни города. Более того, непременно включая в проектный коллектив профессионалов, являющихся и горожанами здесь же, мы не только получаем концентри- рованную информацию об актуальном состоя- нии и истории "локуса", но формируем коллек- тивы специалистов, способных впоследствии вести долговременный и сложный процесс воплощения проектной модели. Учитывая же отмеченное выше взаимодействие с лидера- ми культурных процессов в том же городе, это означает, что одновременно формируется и профессиональная группа нового характера, и (что не менее важно) группы «поклонников» проектной концепции, подлежащей воплоще- нию. Такого рода двойные группы возникли за два десятилетия нашей работы в Новосибир- ске, Владивостоке, Львове, Черновцах, Магни- тогорске, Красноярске, Свердловске, Барнау- ле, Николаеве, Ашхабаде. Естественно, что наибольших результатов нам удается добиться там и в тех случаях, ког- да процесс проектирования-коммуникации осуществляется в несколько приемов в тече- ние относительно сжатого отрезка времени: в Красноярске – 2 стадии, в Набережных Чел- нах – 3 стадии, в Коломне – 2 стадии, в Тынде – 2 стадии в течение двух лет (т.е. с разрывом около года) в каждом случае. Вкратце рассмотрим некоторые примеры, наиболее выпукло характеризующих двойной процесс проектирования? Красноярск: разработанный группой про- фессионалов проект колористического реше- ния города был воплощен в натуре с использо- ванием нестойких красителей – создана сво- его рода временная декорация. Воздействие процесса проектирования-коммуникации ока- залось достаточно сильным, чтобы сформиро- вать новую для этого места потребность жить в цветном городе, и в настоящее время коло- ристическое решение с некоторыми незначи- тельными модификациями восстанавливается Набережные Челны: в ходе 3-х последова- тельных двухмесячных «сеансов» професси- оналов и горожан удалось радикально изме- нить отношение к считавшейся малоценной

и подлежавшей по генеральному плану сносу старой застройке. Те, кто ранее проектировал и санкционировал снос, нашли формы эффек- тивного использования старых районов горо- да и внесли необходимые коррективы в свое градостроительное решение. Минск: аналогичная ситуация (осущест- вленная в настоящее время планировочная схема, разработанная минскими архитектора- ми, во многом отразила в себе предложенное нами концептуальное решение) с двумя ха- рактерными особенностями. Во-первых, ин- терес к процессу проектирования был столь значителен, что в мастерские, располагав- шиеся в 30 км от города, приезжали по соб- ственной инициативе горожане – литерато- ры, художники, историки, – желавшие рас- ширить представление проектировщиков о культурно-исторической ценности объекта их работы. Во-вторых, интерес к результату про- ектирования (вобравшему в себя многое из знаний и оценок горожан) был таков, что вы- ставка проекта, разместившаяся в централь- ном выставочном зале города, дважды была продлена, чтобы принять всех посетителей. Коломна: проект процесса благоустройства города, разрабатывавшийся в два приема по 2 месяца, представлен на выставке и продол- жает возбуждать интерес (равно как и интен- сивную дискуссию) в течение целого года, что для города с населением в 100 тысяч человек означает, что практически каждый житель Ко- ломны выработал отношение к окружающей среде (а), прежним формам ее развития (б) и предложенным формам ее развития (в). Баку: концептуальные проекты рекон- струкции средневековой части города и пе- реставших действовать нефтяных приисков, весьма широко представленные горожанам через каналы массовой коммуникации, ока- зали корректирующее воздействие на прак- тику местного градостроительного проекти- рования. Благоевград (Болгария): концептуальный проект реконструкции центра города с соро- катысячным населением разрабатывался нами совместно с болгарскими коллегами в каче- стве контрпроекта по отношению к ранее раз- работанному в стандартной системе проек- тирования генеральному плану. Стержневой идеей проекта стала «реабилитация» старой, малоценной с сугубо искусствоведческой точ- ки зрения, застройки и развертывание ланд- шафтных возможностей, содержавшихся во взаимодействии города и горной реки. Контакт с горожанами в ходе двухмесяч- ной работы развертывался в две стадии. На первой, наряду с самостоятельным изучени- ем городской среды, мы провели опрос экс- пертов (городские власти, учителя, врачи), дополненный анализом детских рисунков по теме «мой город». На второй, по мере про- движения проектных предложений, подклю- чались те же эксперты, но уже для оценки проектной концепции. Послепроектная ста-

Дизайн среды может ставить только позитивную задачу преоб- разования исходной природной ситуации в новую искусственно- естественную ситуацию.

ТАТLIN news 2|56|83  2010  131

Made with FlippingBook - professional solution for displaying marketing and sales documents online