Новый ЛЕФ. № 11—12. 1927

Встает на дыбы Сурамский перевал; Боржомское з еленое ущелье уходит в с т о р о н у , и сырая шахта тоннеля выводит поезд из Тифлис­ ской Карталинии в Кутаисскую Имеретию, долину среднего Риона. Кутаис — это тихая глушь, сада . Много нарядных, каменных гимназий. Улицы слишком просторны для гулких шагов пешехода . Гостиный двор , каменный, казематный. В нем через три двери открыта одна, и ждут редких покупателей хлопотливые чувячники, булочники, фруктовщики, и прочий торговый народ закавказского рынка. „Торговля дынями и папахами“ — читаю рукописную вывеску. Тут покупается бурка и войлочная сванская шляпа. Последую ­ щие дни показывают, что это лучше всяких дождевиков и плащей . Бурка не промокает; она же универсальная постель: половина под­ стилается, остальной половиной закрываются. Можно спать под открытым небом. Из шапки можно пить. Грузин рассказывал мне, кем славятся грузинские провинции. Кахетия — поставщица полковников и генералов; Гурия — меньше­ виков; Рачинский уе з д — плотников и хлебопеков ; Мингрелия — большевиков; а Имеретия с Кутаисом — писателей. Каждый кутаис­ ский юноша — поэт. Возмущенная стенографистка, которой я диктую этот абзац, вспыхивает: „А поэт Чавчавадзе?“ Она кахетинка и обиделась на „одних полковников“. Подвалы — это туннели, целый метрополитен. Завпогребом обходит молчаливые шеренги бочек пятисотведерных громад. На бочках бумажки с указанием сорта вина и времени разлива. Скоро новый урожай. Отмачивают новые бочки, готовят реш е т ­ чатые прессы, обмазанные фиолетовым вином ,словно чернильницы в школьных классах. В лаборатории колбы — словно в комнате медицинских ана­ л и з о в— полны цветных жидкостей. Здесь из простого вина д е ­ лают малагу, и портвейн, и херес . Побольше спирту, посахари­ с т е й ,— смотришь, года за три из виноградной дешевки — дорогая малага. Глава погреба дегустирует вина. Прополоскав рот водой — он наливает на выгнутый ложечкой язык чуть вина и долго его жует. За это время язык учиняет вину полный допрос по всем анкетным правилам — откуда, сколько лег , сколько градусов и... почем можно продавать. Эго лето в Закавказьи — трудное лето . Неурожай кукурузы, а пшеницу, идущую из Кубани, задерживают разливы рек.- У к у ­ таисских хлебных лавок нахмуренные очереди . Если в Кутаисе перебраться через бешеный желтый гривастый Рион, то, миновав остатки выкрошившейся крепости, приезжаешь 14 Винный погреб — Марани.