Москва

БОЯРСКАЯ МОСКВА

а час до рассвета со скрипом открываются железные по лотнища Фроловских (Спасских) ворот. Торговцы, нищие, калеки, юродивые, подьячие, бродяги, стрельцы, холопы, попы, просители шумной, нетерпеливой толпой наводняют Кремль. Из предутреннего тумана вырастает пышный государев дворец. Каменные палаты, высокие терема, приземистые избы, бесчис ленные крыльца-рундуки, сени, переходы, лестницы, башни и башен ки украшены хитрой резьбой, расписаны красными, зелеными, синими узорами. Сотни шатровых и луковичных крыш и затейливых верху шек, то пузатых, как бочки, то колючих, как петушиные гребешки, блестят золотом и серебром. Кое-где возвышаются башенки с орлами, единорогами и львами вместо флюгеров. На крышах -— потешные са дики. В громадных деревянных ящиках, наполненных землей, растут яблони, груши, виноград, шиповник, красная и белая смородина, арбу зы, огурцы, тыквы, крыжовник. Летом в садах висят клетки с кана рейками, перепелками, соловьями, попугаями. На стенах дворца ярки ми красками нарисованы листья, цветы, орел, лев и сказочная «птица сирин». . Здесь живет «государь всея Руси и великий князь Владимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверской...» А рядом с царским дворцом — просторные хоромы «великого государя — пат риарха». Дворцовые слуги только что отдернули стеганные на вате зана веси, открыли ставни, обитые мехом и сукнами, но подслеповатые ма ленькие окна, затянутые разрисованной слюдой, плохо пропускают серый утренний свет в государевы хоромы.

69