Москва

Теперь инициатива — в руках у красных. С каждым часом стяги-, вается кольцо вокруг Кремля. А долгожданные подкрепления из став ки не прибывают. И белые, желая выиграть время, снова предлагают перемирие. Но напрасно белые ждут подкреплений... Железнодорожный телеграф выстукивает: «В Лихоборах пытается высадиться белая гвардия». «В Малоярославец прибыл эшелон казаков». «Близ Серпухова остановился состав сербских добровольцев». «Через Смоленск проследовали поезда с кавалерией». Но в Смоленск и Малоярославец, в Серпухов и Лихоборы летят ответные телеграммы, подписанные ревкомами железных дорог: «Загонять белые составы в тупики, разбирать полотно, кружить на путях подальше от Москвы, слать агитаторов для разъяснений». И машинисты отводят воинские эшелоны в тупики, кружат по за пасным путям, заставляют часами простаивать на полустанках, а в теплушках уже появляются агитаторы — и войска поворачивают об ратно на фронт или отдают себя в распоряжение Военно-революцион ного комитета. Солдаты, высланные на подавление красных, отправляются в Мо скву на поддержку большевиков. С ними вместе едут отряды Красной гвардии из Серпухова и Подольска, из Кимр и Клина, из Мытищ и Шуи. Народ грозно встает на защиту революции. В царском павильоне Николаевского (теперь Октябрьского) вок зала заседает комиссия, вырабатывающая условия перемирия. Здесь представители Военно-революционного комитета и командования белых. Жалкая кучка капитулянтов из Военно-революционного комитета, впоследствии ставших грязными троцкистско-бухаринскими агентами и шпионами германо-японского фашизма, готова итти на все уступки белым и соглашается на перемирие. Но основное ядро Московского комитета большевиков, парализуя тактику предателей, смело ведет солдат и рабочих в бой. Единственная надежда белых — подкрепления с фронта. Значит, надо захватить вокзалы, куда прибудут эти долгожданные спасители. И группа белых, воспользовавшись «перемирием» и выдавая себя за солдат 193-го полка, пытается прорваться к Брянскому (теперь Киев скому) вокзалу. На Бородинском мосту юнкера неожиданно нападают на красногвардейцев, закалывают их штыками, сбрасывают в реку и громят Хамовнический комиссариат милиции, занятый красными. Одновременно к Брянскому вокзалу, занятому красными ча стями, подходит поезд. Группа сестер милосердия с небольшими че моданчиками в руках просит пропуска в город. Но чемоданы кажутся подозрительными. Их вскрывают. Чемоданы доверху наполнены па тронами и бомбами. На Таганке, на Бронной улиЦе, на Чистых прудах, на Смоленском и Хитровом рынках, как по команде, появляются какие-то темные личности. Они подходят к группам красногвардейцев, они шныряют среди солдат, они проникают в чайные и всюду ведут агитацию про тив евреев, призывая к погрому. Агитаторов задерживают. Они ока зываются членами «Союза русского народа» и переодетыми городо выми.

254