Москва

свои ворота перед русскими войсками и сдаться на милость' победи телей. Беспорядочная и своенравная, ленивая и капризная, Елизавета бблыпую часть своего царствования живет в. Петербурге. В Москве она бывает только наездами. Но в эти дни в столице дым стоит ко ромыслом. Елизавета неутомима. После вечерни она едет на бал, с бала по спевает к заутрене; благоговейно чтит святыни и обряды русской церкви, выписывает из Парижа описания придворных празднеств, до страсти любит французские спектакли, до тонкости знает все гастро номические секреты русской кухни, и во всей империи никто лучше императрицы не исполняет менуэта и русской пляски. При дворе Елизаветы — вечный праздник: вереница балов, маска радов, иллюминаций. На маскарады дамы являются в мужских ко стюмах, мужчины — в пышных женских платьях. Сама императрица в гренадерском мундире пирует с гвардейскими офицерами. На каж дый новый бал — а балы императрица задает чуть ли не Через день — придворные обязаны являться в новом платье. Недаром после смерти Елизаветы в ее гардеробе находят пятнадцать тысяч платьев, два сун дука шелковых чулок, несколько тысяч лент, башмаков и туфель. Елизавета — дворянская императрица, и своим любимцам-дворя нам она отдает крепостных крестьян в полную кабалу. Никто, кроме дворян, не имеет права покупать крестьян, с зем лями и без земли. Помещик же может наказывать крестьянина, ссы лать в Сибирь, продавать и обменивать на борзую собаку, на пролет ку, на приглянувшийся трубочный чубук. Даже в армию не имеет права уйти добровольцем крепостной крестьянин из-под власти поме щика. От рождения до смерти крестьянин — вещь своего господина. Елизавета изгоняет немцев, но влияние иноземцев все же очень сильно. Москва увлечена французами: французские моды, француз ские лавки, французский язык, французские гувернеры. Новые толпы искателей приключений и проходимцев наводняют Россию. Сплошь и рядом среди модных учителей-французов попада ются люди с весьма сомнительным прошлым. И один из членов фран цузского посольства пишет в Париж: «Мы были удивлены и огорчены, что у многих знатных господ живут беглецы, банкроты, развратники и немало женщин такого же рода, которые по здешнему пристрастию к французам занимались воспитанием детей значительных лиц». Даже сама императрица понимает всю нелепость такого воспита ния, и, когда Ломоносов предлагает Елизавете основать в Москве университет, императрица охотно идет навстречу. В 1755 году происходит торжественное открытие первого в Рос сии Московского университета. Ему отводят помещение рядом с Кремлем, у Воскресенских ворот, в старом казенном здании Главной аптеки^ там, где теперь стоит Исторический музей. Первый ректор университета — Барсов, * ученик Ломоносова. В университете пока только три факультета: юридический, медицин ский и философский. Вместе с университетом открыты две гимназии: одна — для дворян, другая — для разночинцев. Дворяне неохотно отдают своих недорослей в высшее учебное заведение. Родители предпочитают для своих сыновей военную карь еру или посылают их в иностранные пансионы, извещения о которых то и дело появляются в «Московских ведомостях» среди объявлений о продающихся «курантах» и «заграничных кинарейках». И в первые 117