Москва

Царь видит, что старая Москва не сдается без боя. И Петр объ являет суровую войну ленивому и неповоротливому боярству. Даже внешний вид бородатых бояр раздражает царя. И один за другим следуют указы Петра о бородах и одежде. У ворот Китая и Белого города висят царские приказы: «Боярам, царедворцам, служилым людям, приказным и торговым ходить отныне и безотменно в венгерском платье; весной же, когда станет от мороза легче, носить саксонские кафтаны». Тут же на крюках развешаны образцы новой одежды, и особые сторожа строго следят за выполнением царского указа. «Всякий, кто ослушается этого приказания,— пишет английский капитан Джон Пер ри, — и пройдет через городские ворота в длинном кафтане, обязан заплатить две гривны или стать на колени у городских ворот, чтобы кафтан его обрезали в уровень с землей и окоротили на всю ту дли ну, которая окажется лишней против его роста, когда он стоит таким образом на коленях. Подобным образом окорочено было несколько сотен кафтанов». Купцам за продажу русского платья указ грозит кнутом, разоре нием, каторгой. Петр вводит особую «бородовую пошлину»: за право носить бо роду люди гостиной сотни уплачивают сто рублей, бояре и служилые люди — шестьдесят, посадские, ямщики, извозчики — тридцать. Уплатившим «бородовую пошлину» выдают особые знаки с над писями: Приверженцы старины, древние родовитые бояре, тайно носят отрезанную бороду на груди, под сорочкой, рядом с нательным кре стом, и приказывают класть бороду с собою в гроб... Новое петровское законодательство не признает древней родови «С бороды пошлина взята». «Борода — лишняя тягота».

Петровские солдаты режут полы боярского кафтана. На стене у ворот висит образец новой одежды — кафтана и шляпы.

102