Эстетика. Том четвертый

хическому строю. У царя есть личный авторитет, который он сумел создать себе и утвердить. Но так как это лишь индиви дуальное героическое превосходство, представляющее собой лич ную заслугу, то оно не может долго продержаться. Гомер рас сказывает, как Ахилл спрашивает в Аиде у Одиссея о своем отце, предполагая, что его уже не чтят больше, потому что он стал старым. Так как Телемах был молодым, и у него еще не было храбрости и мудрости мужчины, чтобы охранять свое доб ро, то, как мы видим, соседние цари насильно завладели его добром и не только не чтут достоинства его рода, но не оставляют без посягательств даже и его собственности. В «Илиаде» перед нами царь царей, вождь всего похода, а другие цари и властите ли окружают его, образуя совместный совет, в котором каждый проявляет свою личность. Они не просто отдают свои голоса, но каждый выступает со своим мнением, и царь, с одной стороны, сообразуется с этим, а с другой стороны, решает то, что, соглас но их воле, может произойти. Таким образом, не может быть и речи о неограниченном господстве. Царя чтут, но он должен устроить все таким образом, чтобы другим это было угодно. Он позволяет себе насилие в отношении Ахилла, и тот вследствие этого отказывается от участия в совместном ведении войны. Столь свободной является связь царей с вождем. Это аристокра тия, как мы ее наблюдали и в северных княжествах в Индии. Столь же свободно и отношение отдельных царей к войску, среди которого находятся люди более мудрые, уважаемые, храб рые, более искусные в обращении с оружием, чем другие. Они также хотят быть выслушанными. Их согласие и участие тре буется для общего дела. Народы борются не как наемники, уча ствующие в сражениях царей: их не гонят, как тупое стадо крепостных, наподобие индийской касты. И сражаются они не за свое собственное дело, но как свидетели деяний и славы своих царей, готовые поддержать это своими силами и защитить царя, если это будет необходимо. Вожди на колесницах находятся впе реди войска, которое, в противоположность тому, что имеет ме сто у нас, предоставляет биться вождям и приходит на помощь только в случае их гибели, сражаясь, чтобы не навлечь на себя позора в том, что труп или вооружение их военачальника захва чено врагами. Следовательно, отношение здесь весьма свобод ное, подобно тому как вся война не является делом народа. И при этом нет никакой дисгармонии между народом и царями. Все же в греческом лагере есть Терсит, вечный, бессмертный образ, неизменно появляющийся, склонный к злословию человек, бра нящий царей. Он небольшого роста, горбат, Одиссей усмиряет

318/