Архитектура эпохи Французской буржуазной революции

Леду воспринял это здание , как сооружение архитектурных под- ' ' ступов к великому городу, как создание своего рода пропилеев Парижа . Эти пропил,еи, эти ворота столицы должны были, по мысли Леду , дать представление об архитектурном лице самого города. Леду проектирует и сооружает 17 больших застав, 30 малых и, кроме того, 33 наблюда тельных поста , ра збросанных по наружной линии города . Проектируя и воздвигая весь этот «парижский барьер», Леду рассма тривал заставы как архитектурные точки для построения ансамблей; именно для этого он придает всем заставам характер «всефасадных» Зданий с широким радиусом действия вокруг . Архитектурное значение «Парижских застав» не ограничивается лишь чр е з выч айно интересной формальной трактовкой темы. Эти не большие павильонного типа постройки несут в себе черты, существен ные для архитектурной разработки ансамбля большого города . Леду утверждает в качестве основных начал этого ансамбля принцип архи тектурного ориентира , не связанного н е п о с р е д с т в е н н о с другими элементами ансамбля , но воздействующего на значительное простран ство вокруг себя. Намечая принцип «всефасадности» , Леду как бы пред угадывал с острой прозорливостью ту опасность, которая грозит архи тектурному ансамблю после того, как перестала жить ансамблевая система барокко: опасность растворения ансамбля в однообразных рядах отдельных домов, в монотонных улицах-коридорах большого города . Две большие ансамблевые работы Леду — город Шо и пояс застав— до конца вскрывают не только противоречия индивидуальной художест венной манеры этого мастера , но и внутреннюю противоречивость той новой архитектуры, у истоков которой находилось его творчество. Ансамбль города Шо наполнен отвлеченным, абстрактным содержа нием, теми общими категориями, которыми оперировало буржуазное мы шление XVI I I века , стремившееся этими отвлеченными «всечеловечески ми» понятиями скрыть ограниченность своих подлинных идеалов, придать частным интересам реального буржуа облик «всеобщих» идей отвлеченного «гражданина». Потому-то идеальный город Леду представ ляет собой только архитектурную проекцию этой нереальной гармонии, и в проекте Шо в равной мере характ ерны предельная абстракция фор мы ( отвлеченный геометризм, акцентировка гладкой плоскости и сухой прямой линии, абстрактная символика, зиждущаяся на условнохм смысле всех этих «чистых» стереометрических объемов) и такая же абстракция содержания (все эти «Панератеоны», «дома добродетели», «братства», «воспитания», «храмы дружбы» и т. д. ) . Другой ансамбль, созданный Леду , — заставы Па р ижа ,—а н с амб л ь более реальный , более земной, демонстрирует , однако, глубокий вну тренний ра з рыв между гениально задуманной новой формой , предвосхи ща вшей новый тип и новую роль ансамблевых начал в архитектуре , и старым содержанием, обрекшим эти сооружения на неизбежную отчуж 59