Архитектура эпохи Французской буржуазной революции

Многочисленные проекты Леду вращаются вокруг этой темы. В этих проектах отдельное здание читается почти всегда как одинокий, нахо дящийся как будто в пустом пространстве , архитектурный объем. Леду стремится всячески подчеркнуть самостоятельное значение отдельного, единичного объема. Потому-то стена становится у него той элементар ной плоскостной гранью, которая резко и до конца отделяет внутрен нее пространство дома от внешнего, отделяет его объем от всего окружающего мира. Потому-то эти стенные плоскости очерчены такими редкими и четкими гранями и контурами. В этом отношении трактовка стены у Леду составляет ра зительный контраст по сравнению с прие мами Габриэля , у которого стена всегда пластична, рельефна , содержит в деталях целый ряд пластических качеств. Стена у Леду — только от граничивающая плоскость, только грань . Но тяготение к простейшей форме у Леду неразрывно связано так же и с другими основными идеями его архитектурной системы и прежде всего с его пониманием архитектурной выразительности. Культивируя простейшую элементарную форму , Леду трактует ее т акже и в плане собственно эстетическом: именно в этой простейшей форме он стре мится найти максимальную выразительность . Леду-теоретик и Леду практик со всей решительностью выдвигает требование внятного и глу бокого воздействия архитектурной формы на чувство и разум. Он наделяет архитектуру высокой воспитательной ролью: «Я выполнил бы мой "долг меньше , чем наполовину, если бы архитектура , которая правит всеми искусствами, не правила бы также всеми добродетелями. . .». Для того чтобы осуществить эту высокую общественно-моральную миссию, архитектура должна быть ярко выразительной , или, как формулирует сам Леду, она должна быть «говорящей» «archi t ec ture par lante». Язы ком этой « г о в о р я щ е й а р х и т е к т у р ы» призвана , по мнению Ле ду, служить символическая форма . Именно символика, облеченная в про стейшие элементарные архитектурные формы, может заставить говорить немой камень построек. С присущей ему категоричностью Леду провоз глашает универсальную обязательность этого принципа символической формы: «Если художники хотят следовать символической системе. . . , то в их произведениях не должно быть ни одного камня, который не го ворил бы глазам прохожих». Леду не тюлько теоретически развивает эту мысль об архитектур- . ной символике, но создает целый ряд проектов, в которых на практике запечатлены э ти искания «говорящей архитектуры». Рассматривая образцы этой символической формы в проект ах Леду , мы видим, что искания архитектурной символики приводят его сплошь іи рядом к построениям, уже ничего общего не имеющим с классиче ской основой его творчества. Пе р е д нами своеобразнейшее сочетание условного языка символов с сугубо практическим устремлением к «эко номному» плану и со строго продуманным и осмысленным культивиро ванием простейших объемов, служащих , в свою очередь , для наиболее 32