Архитектура СССР № 9 1936

вого павиnьона в Пав"овсне, - деравяннеиьний и деко ративный, изящны~, мишурный и фальшивый, нак рыцарский роман XVII вена, нам штукатурные восnоми• нания о каменном величин Рима. А йан вяжется с ним Тьеполnо, этот 6уwв фрески, ~оздатеnь римской пастора ли, rаnантных центурионов, блестящий и большой соз· да1'еnь архитектурных миражей. Сегодня приехали в Помпею. Город является 1о1нтерье ром по отношению н опрясывающим его стенам. Фо рум - увеличенный перистиль. Храмы и базиnИtfИ nиwe• ны фасадоs в нашем понимании. Архитектура работает внутренним пространством. Базилики, выходящие на Форум, являются комнатами no отношению к перисти,~ю, Огромно обаяние незатейливого изящества фресок и штукатурных деталей. Все исполнено с подкупающей непринужденностью и простотой в очень интенсивном, геометризированном цвете, в замечательной технике аннаустики. Тема - жизнерааостный лиризм. Масштаб - человек. Все эдесь кажется новы~, время остановилось, кан испорченные часы. Мне все время хотелось увидеть. ренессанс без па тины и понять его современников, восхищавшихся непо средственно новым произведением искусства, а не ста риной. Это есть в Помпее, и зто очень важно п~нять. Вечер. Теплая ночь. За окном шумит море. Большая медведица стоит вертикально. Путь от Соренто до Кап· ри. Городок Капри и Анакапри с занятной архитектурой, построенной на белых стенах, лестницах, плоских арках и плоских сводах и куполах перекрытий (видимо, маври• танское влияние). Тепло. Сирокко с горячим африканским дыханием согревает остров. На , горизонте в тумане - Норсика и Сицилия. По-итальянски непринужденно и грязновато. В 10 ч. 30 м. выехали в Пестум через Амаnьфи, Са· лерно. Великолепная природа. Побережье, - мощный рельеф. Маленькие города с доминами, перекрытыми плоскими куполами. Виноградники и апельсиновые сады террасами спускаются н морю. После часа езды от Са лерно no суровой равнине, окруженной горами, под'• езжаем к Пестуму. Дорога, и справа от нее, napannenь· но один другому, разделенные остатками Форума, стоят три об'ема периптеров двух храмов и базилики. Самый замечательный - храм Посейдона. Памятник огромной сипы, возрастающей по мере приближения н немУ., Впе• . чатление грубости, получающееся от фотографий и об меров, совершенно отсутствует в натуре. Ост-ается впе чатление силы и пропорциональной слаженности, и вме сте с тем чувствуется близость н Египту. Разителен почти красный цвет храма Посейдона (известковый туф). При закате он кажется огненно-красным, а не­ .освещенная внутренняя часть - зеленой.

быпо преувеличенное представление о масштабности ренессансной архитектуры. Это относится и н флорен тийским палаццо, кроме Питти. В Ареццо увидел долгожданного Пьеро даль Фран· ческо, Может быть, фрески были плохо освещены в этом сарав, именуемом церковью, только они меня не захва тили так, как я этого ждал. Возможно, что я слишком долго готовился н этой встрече. Питти снова , произвел досадное впечатление. Размер камней немасштабен и ничем не обоснован с конструк тивной точки зрения. Вестибюль сухой и ненужный, и ненужной кажется его хотя и скромная декорация. Музей просто ужасен. В 11 ч. 30 м, приехаnи в Венецию. Почти пустой поезд. Темно на канале Гранде. Знакомой дорогой про• wnи пристани к пьяцце Сан Марко. Горит половина фо· нарей. Пусто. Холодный ветер гуляет по огромному пространству площади. И все же Венеция - обаятельна. Это город, который излучает из себя солнце даже в дождь. В Италии можно двояко увидеть искусство. Можно смаковать тонкость деталей, можно чувствовать себя снобом или воспринять огромную сипу этого неповто римого (зто надо понять,-иснусство перестает быты им, если оно повторяется) голоса эпохи. Разговаривать надо своим голосом, не то рискуешь превратиться в чрево• вещателя. Купил фотографии Урбинского дворца и, - поразительная вещь! - глядя на фотографию этих JJBe• рей, таких замечательных в натуре в залах, где кроме них и простого бепого сводчатого потолка ничего нет, не мог понять, почему они меня так поразили. Сперва казалось, все дело в наличниках. Не в деталях и налич никах, оказывается, дело, а в ощущении архитектурной среды, пространства. Бывает, что в стихах, в театре, в музыке нnи в жизни пауза оказывается более значитеnь• ной, чем сказанное иnи сыгранное. Самое трудное не де· таль, а пустота - цезура. Провеn день в Виченце. ·удивнтеnьно, как можно пытаться отыскивать наиие-пибо закономерности у Пал• nадио, будь-то пропорции и конструктивные принципы. Прелесть Паnnадио в особенности в его виллах, - (Ротонда, Ваnьмарана), насквозь лиричных, живописных и мягких. Городские его вещи очень близки н русскому ложноклассицизму и так же пиwены подлинного ПОtiИ• мания античности. Паnnадио - ложнонлассичен. Поздней• шие попытки привить Палладио римские масштабы и четность Брунеллески привели н сухости. У Палnадио можно учиться законам архитектуры не больше, чем у соловья пению. Его лиризм и романтика именно в оперировании незакономерностямн, в живопис ном понимании деталей. Очевидна ненужность портиков в вилле Ротонда. Театр Олимпико - родной брат розо

1,